Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

звезда

Симулякр и гиперреальность

Алексей Кардаш

Диснейленд — прекрасная модель всех переплетающихся между собой категорий симулякров. Это, прежде всего игра иллюзий и фантазмов: Пираты, Пограничная территория, Мир будущего и т.д. Этот воображаемый мир, как считают, причина успеха заведения. Но что притягивает толпы посетителей гораздо больше, так это социальный микрокосм, религиозное наслаждение миниатюризированной реальной Америкой со всеми ее бедами и радостями.
Жан Бодрийяр. Симулякры и симуляция


Постмодерн в философии и искусстве оказался не только модным, но и крайне влиятельным, если не сказать, въедливым течением. Массовая культура с ног до головы пропиталась духом постсовременности, продуктивного упадка и повсеместной иронии. Ни один крупный блокбастер не обходится без явного гипертекста в виде отсылок и аллюзий, а главной трейд маркой таких настроений стал симулякр.

Collapse )



Рене Магритт. «Вероломство образов», также известная под названием «Это не трубка»
звезда

Эпоха обнуления

А. Проханов делится своими мыслями о трансгуманизме.

Александр Андреевич, почему в 2021 году вышло три романа больших русских авторов на тему трансгуманизма, сверхспособностей и усовершенствования простого человека? Я имею в виду Пелевина с говорящим названием, «Доктора Гарина» Сорокина и ваш «Тайник заветов»? Совпадение?

– Художники – это такие чувствилища, которые улавливают явления, недоступные многим. Вот идет цунами. И даже сейсмосчетчики его не улавливают. А уже художники чувствуют, что начинается таинственная вибрация океана, суши, тектонической платформы. Вот художники улавливают это новое состояние, в котором пребывает человечество. Состояние, где в человечестве угасают все прежние формы и тенденции, гаснут все великие проекты и приходит какой-то новый проект проектов, который отказывается от всех прежних форм и предлагает что-то новое, свое, неясное, угрожающее, восхитительное, прекрасное и катастрофическое одновременно.

И художник, который ищет эту новизну, устремляется в эту новизну, он ее пытается освоить. И мне кажется, что художники делятся на тех, кто жаждет новизны и не может без нее, и тех, кто работает на традиции, на том, что уже было – пишет исторические романы, не боится той реальности, с которой он соприкасается. Эта реальность уже музейная, превратилась в муляж.

Те художники, которые чувствуют появление новой загадки, которая, условно говоря, называется «Великое обнуление», чувствуют ее сложность, многомерность, фантастичность, фантасмагоричность – они ее касаются. А изобразить ее, как Чехов изображал жизнь уездных врачей, студентов, телеграфистов и барышень, невозможно. Потому что эта реальность еще не обрела свою пластику, свою форму. Она только идет. Поэтому художники прибегают к вот этим новым формам. У каждого свои формы. Они как таковые не являются фантастическими, это есть как бы новый реализм. Это та эстетика, через которую можно изобразить эти явления.

https://vnnews.ru/ugasayut-vse-prezhnie-formy-gasnut-vse/
звезда

Катарсис

Я решила разбанить direkt_mashin.

Потому что у него есть что-то, что сверх обычного восприятия.
Да, он бывает не в себе и не в адеквате. Но он схватывает иногда то, что в обычном состоянии человек не воспринимает.

НВ не будет разбанен никогда. Как подлец и помойка духа.
Так что на сегодня в бездне НВ - единственный, кого я не беру в будущее. Прекрасный Гольденштерн.
Шекспироведы полагают, что считать имя Гильденстерн – «золотая звезда» не очень то верно.
Шекспир играет на том, что stern – еще и ‘корма, зад, задница’, а вовсе не звезда :))
По-русски фамилия Гольденштерн звучала бы как Златозад; Рублевый Зад; Гильдия Задниц
хехе
Федя Вальдшнеп - или НВ - как раз такая задница и есть.
звезда

Загадка Трансгуманизма инк.

Шарабан-Мухлюев, это — Пелевин??? Или это персонаж? Герман Азизович???? Которого обожает сам бро кукуратор....
какие ассоциации вызывает?

Я увидела как Ш-М выступил против, как мне показалось М.Уэльбека, на это намекает слово серотонин - так назывался последний роман М.Уэльбека

Проанализируйте отрывок из «Открытого письма западному художнику» Г. А. Шарабан-Мух­люева:

Ты шепчешь о звоне ночной гитары, о вакхическом танце мулаток, о том, как дрожит солнце на крылатом демоне капота, ты поешь о любви и смерти, серотонине и свободе — но я гляжу в твои хитрые глаза, вслушиваюсь в твою осторожную речь, и понимаю ясно: ты был, был в том райкоме партии, ты сосал у [черного] (в зарубежных изд. вычеркн.) вонючего козла, и поэтому ни в одном твоем слове нет теперь ни красоты, ни правды, ни сердечного света...

Кукуха меланхолично надиктовывала ответ:

Чтобы понять эмоциональные и несколько графические образы из открытого письма нашего замечательного классика, следует вспомнить, что Герман Азизович застал еще древнесоветское время и был неплохо знаком с его культурой. В Советском Союзе было много писателей, они получали какие-то премии и выпускали много книг — но предки жителей Доброго Государства практически их не читали.

Причина была простой — чтобы стать советским писателем, нужно было совершить определенную последовательность душевных движений, в результате которых, как выразился сам Герман Азизович, «все внутреннее пространство художника оказывалось плотно и надежно заполнено помоями, гноем и калом». Впитывать творческий продукт такой души, хорошо зная, как она устроена в разрезе, было противно даже нетребовательным строителям коммунизма.

Прошел век, и все изменилось — буквально перевернулось. Теперь уже продукт западного художника превратился в засиженную тремя парткомами стенгазету, мимо которой лучше было проходить не глядя, как делали советские обыватели: понятно было, что внутри — линия партии плюс чье-то желание оседлать ее с профитом. Художник — на этот раз уже западный – оказался обременен таким количеством идеологических установок, что главной его заботой стало изображать расслабленную непринужденность, шагая по единственно разрешенному маршруту.

Но советские писатели хотя бы пытались сохранить себя среди нечистот — они создавали обитаемые острова духа. Западные художники не делали ничего подобного. Они без рефлексии подхватывали любую идеологическую директиву — как глисты, наперегонки спешащие навстречу каловым массам, чтобы вырвать у судьбы главный капиталистический приз: право остаться в организме еще на день...

Ну да, да. Может быть. Но каким же глистом надо было быть, чтобы, как этот Герман Азизович, проползти аж от допотопных советских времен — через крио-фазу — до баночного пятого таера по сердобольской части... Какая уж там совесть. И потом, западные глисты после отсоса хоть о крылатых демонах пели, а наши — все о каких-то залесях...



____________________________

Неужели вы согласны с косметическими влиятельницами, комментирующими литературу и считаете, что Пелевин глистом прополз в банку, продавая совесть и честь?
звезда

Фрагмент романа transhumanism-inc

Сасаки-сан был фехтовальщиком. У него был восьмой дан кендо. Он мог не то что разрубить муху мечом — а поймать ее палочками для еды. Сасаки, конечно, мог бы прокормиться своим мастерством, если бы захотел. Мог бы серьезно разбогатеть — его приглашал в Москву сам кукуратор Добросуда, до ухода в банку увлекавшийся боем на мечах.

Но обучать сердобольскую гвардию Сасаки не захотел — с северным деспотом связываться не стоило, и даже не по этическим причинам. Бро кукуратор фехтовал длинным двуручным мечом и рапирой, в средневековом европейском стиле, отличавшемся от искусства катаны, и замучил бы царственными советами из своей банки.

Лучший способ избежать проблемы — не ходить туда, где она возникнет. К этому, если разобраться, и сводится вся житейская мудрость.

Искусство, которым Сасаки зарабатывал на жизнь, было другим, но вписывалось в семейную традицию вполне.

Collapse )
звезда

Доктор просит

Чтобы я разбанила Джокера

ну как вроде он сам не осознает, что делает, разбань его!!

и правда

я вот пошла в жж ДЖокера
а там....

икона с моим портретом уже не новость, а теперь
прикрепленный верхний пост - и все про Астру

меня прямо слеза прошыбла


а пустую страницу в вк видимо сам джокер и сделал - себе подругу выстругал))


звезда

О витражах и пещере Платона

Сегодня утром уж в который раз
Я не проснулся — я родился снова...
Да здравствуют живущие средь нас
И свет в окне, и музыка, и слово!
История, перечь ей — не перечь,
Сама себе хозяйка и опора...
Да здравствует, кто сможет уберечь
Её труды от суетного вздора!
Да, не на всех нисходит благодать,
Не всем благоприятствует теченье...
Да здравствует, кто сможет разгадать
Не жизни цель, а свет предназначенья!
Булат Окуджава


В предложенной директом машиной теме о романе ПВО НС - были для меня интересные моменты.

Я бы их выделила.
1. Лекция Улла о витражах. Каждый из нас является витражом. Все сравнения и метафоры понимать буквально не надо.
Витраж - это трафарет, через который проходит Свет. Свет один и тот же. А витражи - разные. Это наш идивидуальный опыт, наша карма и наши психофизические особенности и склонности - санскары.

2.Загробья нет, потому что есть только то, что освещает свет в данную миннуту. Никакой жизни после смерти нет. Это оксюморон. Человек состоит их двух элементов - света и витража. Смерть их разъединяет. Но в лимбо можно соединить мертвый витраж со светом сознания. Жизнь -это киносеанс, а лимбо - киноархив. Но отдельно от сознания ныряльщика никакого мира мертвых нет и никто никого не оживляет из мертвых. Их мертвые души - лишь отпечатки как след ноги на песке...

3. В НС таким же образом Саша разговаривает с тенью души Фрэнка.

4. Дальше стоит еще раз обратиться к платоновской пещере. Потому что в НС подробно рассказывается о том, откуда падает на нас свет и что такое Камень.

По Платону, пещера олицетворяет собой чувственный мир, в котором живут люди. Подобно узникам пещеры, они полагают, будто благодаря органам чувств познаю́т истинную реальность. Однако такая жизнь — всего лишь иллюзия.

Коротко. Мы и есть стена, на которой возникают изображения, которые мы всю жизнь принимаем за реальные объекты. Типа сидим и смотрим кино на стене нашего ума.
Проектор, из котрого выходит свет - божественная машина - это и был Камень Солнца. Камень был подобием отверстия в стене, через которое и проходили лучи, рисующие мир.Поэтому его и назвали Sol Invictus. Само же мироздание было картиной, возникающей в нашем уме - и сколько было разных умов - или витражей- столько разных картин и возникало.

5. Дальше Пелевин сравнивает мир с тканью на ткацком станке, а мы в этом мире - нити.
Сравнение с ткачеством не случайно. Именно так переводится слово тантра с санскрита - -буквально - «переплетение/ткание, сплетение/ткань, узор», санскритский корень ‘tan‘ означает «плетение» нитей на ткацком станке.
звезда

Шутка?

Может быть такое, что новая обложка романа ПВО - это шутка? и она задумана не ЭКСМО, не панкерами, а самим Олеговичем?
Чтобы сбить с нас спесь всезнаек??
звезда

Флюид Месмера

На Горьком обсудили книгу Роберта Дарнтона «Месмеризм и конец эпохи Просвещения».

Идея Месмера была в том, что есть некий 5-ый элемент - невидимый флюид, который пронизывает всю вселенную, который пронизывает и человека и одушевляет его, и в человеке он наиболее четко дает о себе знать. Причем Месмер вначале ведь не знал, как называть этот флюид. Но потом он остановился на варианте «магнетический флюид».

https://gorky.media/context/flyuidy-chipirovanie-i-qanon-pochemu-lzhenauka-populyarna-v-xxi-veke/

Ученые, как и все остальные люди, так же, как художники, например, ищут разные источники, из которых можно черпать вдохновение для оригинальных, нестандартных ходов мысли. В истории искусства происходит абсолютно то же самое. И Месмер, мне кажется, интересен тем, что он тоже находится на стыке разных вещей. Ведь он, с одной стороны, дружит с Моцартом. Именно он, судя по всему, был тем человеком, который Моцарта увлек идеей стеклянной гармоники — музыкального инструмента, который Месмер подхватил у Кирхера, усовершенствовал и использовал потом на своих месмерических сеансах. И Моцарт написал несколько произведений специально для стеклянной гармоники.
звезда

Цветы

Иосиф Бродский

Цветы с их с ума сводящим принципом очертаний,
придающие воздуху за стеклом помятый
вид, с воспаленным «А», выглядящим то гортанней,
то шепелявей, то просто выкрашенным помадой,
— цветы, что хватают вас за душу то жадно и откровенно,
то как блеклые губы, шепчущие «наверно».

Чем ближе тело к земле, тем ему интересней,
как сделаны эти вещи, где из потусторонней
ткани они осторожно выкроены без лезвий
— чем бестелесней, тем, видно, одушевленней,
как вариант лица, свободного от гримасы
искренности, или звезды, отделавшейся от массы.

Они стоят перед нами выходцами оттуда,
где нет ничего, опричь возможности воплотиться
безразлично во что — в каплю на дне сосуда,
в спички, в сигнал радиста, в клочок батиста,
в цветы; еще поглощенные памятью о «сезаме»,
смотрят они на нас невидящими глазами.

Цветы! Наконец вы дома. В вашем лишенном фальши
будущем, в пресном стекле пузатых
ваз, где в пору краснеть, потому что дальше
только распад молекул, по кличке запах,
или — белеть, шепча «пестик, тычинка, стебель»,
сводя с ума штукатурку, опережая мебель.