daosden wrote in orden_bezdna

Category:

Медитация в нашей жизни

Интервью с любимым тибетским монахом нейробиологом Мингьюром Ринпоче о неправильном понимании медитации, нигилизме и поиске околосмертного опыта в обыденной жизни.

Если вы читали научпоп о медитации, то знаете, что длительная практика увеличивает количество серого вещества и активность некоторых зон мозга (вплоть до 800%). Эти данные ученые добыли, отправляя опытных монахов в томографы. Йонге Мингьюр Ринпоче — быть может, самый известный из таких монахов. Плодом его увлечения нейронаукой в 2015 году стала работа «Будда, мозг и нейрофизиология счастья». 

Мингьюр — потомственный тулку (признанный мастер-перерожденец), в 13 лет ушел в трехлетний ретрит, а уже в 16 стал сам курировать такие ретриты. Восемь лет назад Ринпоче, который за свои 36 лет никогда не оставался один на публике, не носил ничего тяжелее бутылки воды, шапочки и очков, внезапно сбежал из монастыря и стал анонимно путешествовать по Индии в роли садху — бродяги-аскета в поисках просветления. Ринпоче провел в таком «странствующем ретрите» 4,5 года. Познав современную Индию по принципу Сиддхартхи (из райского дворца и жизни принца — к смерти, старости, болезни, дизентерии, вонючим вагонам общего класса и клинической смерти), он написал об этом книгу. 

А также — учение о бардо. Как пояснил Ринпоче в беседе с театральным режиссером Иваном Вырыпаевым:

«По-тибетски бардо — это „промежуток“ или „переход“. Если вы пытаетесь игнорировать факт смертности, то страх не исчезает, он становится еще сильнее. Практика бардо — это встреча лицом к лицу со страхом смерти, работа с ним напрямую. Как это сделать? Установив связь с осознаванием».

«Нож» поговорил с Ринпоче о техниках медитации, о способах установить связь с осознанием, о проблемах попсовизации буддизма и о том, как простому человеку организовать себе бардо в повседневной жизни.

— В интервью и книгах вы часто упоминаете, что традиционная форма буддизма изменится. Что останется от традиционного учения в буддизме будущего?

— В классическом буддизме есть много разных стилей практики и преподавания. Например, «университетский» стиль: в нем много интеллектуальной и познавательной работы и чуть меньше практики. Или тип обучения «бабушка-дедушка»: в Тибете многие не умеют читать и писать — но запросто передают буддийское знание. Или отшельничество — практика ухода в горы, в пещеры, отречения и аскетизма. Или монастырское обучение, где много ритуалов и религиозных принципов. Самый оптимальный подход для XXI века — это тип обучения, ориентированный на опыт, когда теоретическое знание следует за освоением базовой практики.

— На Западе практическая часть буддийского учения, медитация, понимается как «таблетка от стресса» или инструмент, улучшающий эффективность. Что вы думаете о таком упрощении?

Считать, что медитация — это только «таблетка» или только упражнение для концентрации, ошибочно. Но использовать ее таким образом можно, если держать в голове, что практика Дхармы — как пирамида, и такой подход — лишь ее начальная стадия.

В Тибете у нас тоже есть «утилитарная» медитация: на исцеление, хороший бизнес, здоровье, образование у детей. Это в порядке вещей. Тот, кто хочет трансформации видения, восприятия и привычек, переходит к следующим ступеням. Например, к полному погружению в медитацию на трехлетнем ретрите.

— Но «утилитарное» понимание может приносить вред. Например, владельцы крупных корпораций из Кремниевой долины, повышающие с помощью медитации свою эффективность, используют пользу от практики, чтобы отдалять от осознанности других: создавать аддиктивные алгоритмы, поляризовать общество или увеличивать продажи бесполезных или вредных товаров.

— Если намерение практикующего — навредить другому, то медитация может быть плохим инструментом: в таком случае она только раздувает эго. Правильное намерение — трансформировать себя и других, повышать уровень осознанности, стремление к миру.

— Превращение медитации в плохой инструмент связано с популяризацией буддизма и его древних, довольно мощных практик. Разве тут нет проблемы?

— Всё это нормально для начального этапа. К тому же мы, учителя, не распространяемся о сложных техниках на публике. Мы учим только базовым.

Медитация — как карате. Вы не можете получить черный пояс, будучи на начальной стадии.

Даже если вам дадут серьезную супертехнику, никакой пользы она вам не принесет, потому что обучение — это постепенный процесс.
Первый уровень — это первичный контакт с осознанностью, когда ум приучается быть более гибким и креативным.

Второй — практика сострадания, главная цель которой — трансформировать эго.

Третий уровень — мудрость, то есть видение того, чем ты и мир вокруг тебя является на самом деле.

— А если, наоборот, перепрыгивать к философии без практики? Буддийское видение реальности (единого «я» не существует, бытие пустотно) легко принять за нигилистическое.

— Понятие пустотности — не об отсутствии всего, а о наполненности. Если понимать пустотность как ничто, вы застрянете. Никаких возможностей, никакого пространства для маневра. Вы парализованы. Но пустотность в буддийском понимании полна возможностей, это бесконечное поле для креативности.

Если вы хотите нарисовать что-то на стене, вам нужна чистая стена, верно? На разрисованной поверхности мало что напишешь. Но мы привыкли воспринимать «нет» как невозможность «да», и наоборот. Это очень черно-белое мышление: всего два варианта. Но «да» и «нет» могут сосуществовать.

— Всё равно трудно понять.

— Давайте объясню на примере: вы спите, и вам снится борщ. Во сне вы отправляетесь в Гималаи, и там жутко скучаете по борщу. Потому что в Гималаях плохо с русской кухней. Но потом вы встречаете друга, который прямо в Гималаях варит борщ. Он угощает вас, и вы думаете: какой вкусный борщ! И какой чудесный у меня друг! Вас просто переполняет счастье.

Вы закрываете глаза, чтобы поблагодарить за эту божественную еду и друга, и внезапно прилетает птица и уносит ваш борщ.
Вы открываете глаза, а борщ уже парит в небесах. Этот борщ во сне — он реальный или нет?

— Э… нет? Нет, точно нет.

— Но во сне он реален, так ведь?

— Да.

— Но борщ во сне — это не реальный борщ?

— Не реальный.

— При этом вы можете его попробовать, понюхать, вы радуетесь ему и сокрушаетесь, когда птица его уносит. Также во сне действуют законы: вы можете приготовить сновидческой борщ на сновидческом огне.

Но в то же время всё это нереально. И даже если вы распознаете этот сновидческий борщ, вполне реальный и ощутимый, как ненастоящий, — борщ не исчезнет.
Он всё еще будет видим — нереальный, но проявленный. Вот что значит пустотность.

— Теперь яснее. Но не то что бы совсем ясно. Мне кажется, из этих концепций, если понять их поверхностно, можно сделать неверные выводы. Например, в русской культуре есть такая идея: «если Бога нет, то всё дозволено». Можно переформулировать: «если нет единого „я“, то нет ответственности за поступки»?

— Но в пустотности не всё дозволено: чтобы вырастить цветок, вам нужны вода, земля, семена, кислород, солнечный свет, время и т. д. — причем все эти условия должны сойтись вместе. И вы никогда не сможете вырастить томат из семян тюльпана. Так работает независимый закон природы или закон кармы: делая что-то, вы получаете соответствующие этому действию последствия. Никто не свободен от этого.

— Вы ведь были очень молоды, когда начали медитировать?

— Мне было 9 лет.

— Это типичный возраст начала практики в буддийской традиции?

— Где-то в Тибете начинают медитировать совсем рано, где-то — в более позднем возрасте. Зависит от стиля обучения.

— А в каком возрасте вы посоветовали бы начать медитировать западным людям? В стиле, ориентированном на непосредственный опыт.

— В 7 лет.

— Разве идеи о том, что всё пустотно или что «я» не существует, не травмируют ребенка?

— Зависит от того, как преподносить. Но такое знание точно поможет ребенку повысить устойчивость. Дети, рожденные после миллениума, живут в довольно развитом мире. Очень важно учить их быстро восстанавливать свое состояние, повышать их психический иммунитет. Для этого детям нужно знать и хорошие, и плохие новости.

Плохие новости в том, что жизнь меняется. Она непостоянна. Хорошие — в том, что у всего есть базовая природа, и она удивительна.
Пустотность — удивительна. Ребенок, который понимает, что все явления приходят и уходят, более подготовлен к жизни. Иначе, попадая во взрослую жизнь, он думает: я считал, что мир прекрасен, как же здесь сложно! Я хочу изменить этот мир! Я работаю в «Старбаксе», и уже шесть месяцев не могу повлиять на этот жестокий мир, какой ужас! (Смеется.)

— А как преподнести ребенку «плохие новости»?

— В игровой форме — с помощью историй, метафор. Нужно учитывать возраст ребенка, его ментальность и исходить из того, на каком языке мыслит и говорит он сам. Не стоит говорить 7-летнему: о, плохие новости, ты умрешь! Это не сработает.

— Как вы думаете, всем ли стоит медитировать (не считая детей до 7 лет)?

— Важно учитывать собственные особенности и правильно выбирать тип медитации. Многие люди делают две вещи: либо «так, всё, концентрация… покой, покой, покой…», либо «тихо, не болтать, нет стресса, нет стресса». Такое понимание медитации рискованно. Это как не думать о розовом слоне — чем больше пытаешься, тем больше думаешь. Когда вы только и делаете, что ищете успокоения, покой исчезает.

— Слышали ли вы о том, что в СМИ часто называют «темной стороной медитации»? Когда практика приводит к таким последствиям, как неврозы, дереализация.

— Мы зовем это «эффектом водопада». Например, в дневное время вы не чувствуете, как много мыслей у вас в голове. Но стоит вам закончить все дела и прилечь, как начинается «бла-бла-бла». Так ваш мозг отдыхает от дневной работы.

Когда вы только приступаете к практике, мозг приучается быть более расслабленным. Поэтому поначалу может казаться, что эмоций и мыслей стало много, даже слишком много. Как правило, на самом деле их количество остается таким же — но меняется ваше восприятие. Другой традиционный пример: вы приходите к реке осенью, в дождливое время, и она выглядит мутной. В ней не видно рыбы. Но когда вы приходите к реке летом, вода спокойная и кристально чистая, и там полно рыбы. Рыба была всё время, просто вы не замечали ее.

Очень важно распознавать «эффект водопада». Если никто вас не предупредил и вы ждете, что медитация принесет вам мир и покой, вы сильно рискуете.
Вы начинаете думать: «здесь что-то не так, мне становится только хуже», и это проблема. А вот если вы думаете: «о, „эффект водопада“, как мило!», то вы на верном пути. На самом деле такие этапы только помогают трансформации.

— Некоторых людей некому предупреждать, они изучают технику медитации по книгам, статьям или лекциям на ютубе.

— Это тоже проблема. Важно практиковать с учителем. Я знаю, что хорошего учителя трудно найти — в некоторых местах выдают сертификат преподавателя через четыре недели обучения. Как можно понять, что такое медитация и как ей учить, за четыре недели?

— То есть без учителя практика может быть неправильной, хорошего учителя найти трудно, а если и найдешь, то он, вероятно, будет дорогим (например, на ваши семинары, по российским меркам, недешевые цены). Что делать?

— Наша школа, «Тергар», планирует проводить открытые классы для школ, больниц, может быть, тюрем. Запускать обучающие направления с базовым техниками медитации и на долговременной основе готовить хороших преподавателей, чтобы их было всё больше, и стоимость услуг уменьшалась.

— Вы сказали, что очень важно учитывать свои особенности и правильно выбрать тип медитации. Что бы вы посоветовали?

— Прочесть мою книгу.

— А, ну понятно!

— (Смеется.) Я имею в виду первую книгу: «Будда, мозг и нейрофизиология счастья». В ней есть базовая теория медитации и много примеров того, как справляться с новым опытом.

Другой совет: в самом начале лучше не медитируйте слишком долго.

Еще важно помнить, что медитация — это не «свобода от мыслей» или «мир и покой». Это контакт с безоценочным осознанием.

— В одном из интервью вы говорили, что планируете учить в «более экспериментальном стиле», уделять внимание не только техникам медитации, но и повседневному поведению. Что вы имели в виду?

— Практика включает в себя три вещи: видение, медитацию и обязанности. Видение начинается с когнитивного уровня, то есть с обучения интеллектуальным концепциям. Медитация работает с непосредственно переживаемым опытом. Так ум (видение) и чувства (медитация) соединяются вместе.

Но чтобы началась трансформация, им нужно воплотиться в привычке.

Например, вы можете верить, что физические упражнения — это очень здорово для вашего тела и мозга. Вот вы верите?

— Конечно.

— Это видение. Когда вы делаете упражнения, вы себя хорошо чувствуете или нет?

— Хорошо.

— А некоторые люди — нет. Они обливаются потом и думают: как сложно, почему так сложно! Ум убеждает их, что спорт — это полезно, но чувства говорят обратное. Сейчас упражнения вам нравятся, так? А вы делаете их каждый день?

— Не то что бы…

— (Смеется.) А это и есть привычка. Изменить поведенческий паттерн — это очень сложно, даже если знаешь, насколько это полезно. Даже если вы чувствуете, что упражнения — это здорово, вам всё равно трудно делать их регулярно. Но без изменения ежедневных привычек практика не работает так, как нужно.

— Вы в 36 лет радикально поменяли свои привычки, отказались от жизни привилегированного тулку и стали отшельником. А какой эквивалент этому может быть у светского западного человека? Как организовать себе big bardo?

— У вас очень много возможностей. Когда вы сидите на экзамене в университете — big bardo. Когда стоите в пробке — big bardo. Когда вы начинаете отношения — big bardo. Расстаетесь — тоже big bardo. В 18 уходите от родителей — big bardo. 25 лет, возвращаетесь к родителям — очень big bardo! Потеряли работу — big bardo. Ищете новую — big bardo. Оно повсюду — главное, присутствовать в нем. Учиться через бардо, расти и расширяться через него.

— То есть не надо бросать работу, жену, детей, собаку и становиться садху? Это только для продвинутых практикующих, которые уже научились быть в бытовых бардо?

— Это для тех, кто в обычной жизни свободен от проблем: то есть тех, кто ищет проблем.

А вам окружение и так замечательно генерирует трудности. Не стоит искать себе еще!

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.