Aстра (astidora) wrote in orden_bezdna,
Aстра
astidora
orden_bezdna

Categories:

Ланкаватара-сутра

Я приведу большой кусок сложного текста из Ланкаватары-сутры в переводе Судзуки.
Роман Виктора Пелевина "Смотритель" можно представить как верхушку айсберга, а внизу, скрытое под водой огромное знание, тексты многих сутр и великая Дхарма. А есть еще тайное сокрытое - это йога - тантры.
Попробуем хотя бы представить величие и подвиг ПВО, который в увлекательной доступной форме, ведет нас к Пробуждению.

II

Психология
То, что можно назвать буддийской психологией в Ланкаватаре, основывается на анализе ума/сознания, то есть на классификации виджнян. Таким образом, для понимания психологии буддизма необходимо знание следующих терминов: читта, манас, виджняна, мановиджняна и Алая-виджняна.

Начнём с виджняны. Это санскритское слово (vijñāna) состоит из приставки vi-, означающей «разделять, различать», и корня jñā, означающего «воспринимать», «знать». Таким образом, виджняна это способность различения, распознавания или оценивания. Когда некий объект оказывается перед глазами, он воспринимается и оценивается как, [например,] красное яблоко или отрез белого полотна, а способность к этому называют виджняной глаза. Точно также существуют виджняна уха — для звуков, виджняна носа — для запахов, виджняна языка — для вкусовых ощущений, виджняна тела — для осязания и виджняна мышления (manovijñāna) — для мысленных представлений. Всего насчитывается шесть разновидностей виджняны, предназначенных для различения всевозможных аспектов мира, внешних или внутренних.

Из этих шести виджнян мановиджняна является наиболее важной, поскольку она непосредственно связана с внутренней способностью, известной как манас (manas). «Манас» примерно соответствует уму как органу мысли, но фактически его значение куда шире, поскольку под ним подразумевается ещё и могущественная сила, привязывающая ум к результату мышления. Ум можно даже счесть подчиняющимся этой силе привязанности. Манас сначала желает, затем — различает, чтобы оценить. Оценивать же означает разделять, и это разделение завершается двойственным восприятием существования. Отсюда [и следует] прочная привязанность манаса к двойственному истолкованию существования. Желание и мышление неотторжимо вплетены в структуру манаса.

Слово читта (citta) происходит от корня чит (cit) «думать», но в Ланкаватаре это слово — производное от чи (ci), «накапливать», «упорядочивать». Читта, таким образом, означает «хранилище, где накапливаются и сохраняются семена всех мыслей и деяний». Однако у этого слова есть два смысла — общий и частный. При использовании в общем смысле оно означает «ум», «размышление», «идеи», включая действия манаса, мановиджняны, а также [прочих] виджнян; в то время как в частном смысле оно является синонимом Алая-виджняны в её относительных аспектах и отличимо от всех остальных умственных способностей. Однако, будучи использовано в форме читта-матра (citta-mātra) или «только-ум», оно обретает и ещё одно значение. Мы можем сказать, что читта выступает здесь в смысле высшем из всех возможных, не соответствуя ни просто мышлению, ни умственной деятельности, ни восприятию как функции сознания. В этом случае читта отождествляется с Алаей в её абсолютном аспекте. Позднее это станет более понятным.

Алая-виджняна это алая + виджняна, а собственно алая — [буквально означает] «склад» или «хранилище», где хранятся всевозможные вещи для будущего использования. Таким образом, читта как накопительная способность отождествляется с Алая-виджняной. Строго говоря, Алая это не виджняна, она не обладает никакой различающей силой, без разбора предоставляя кров всему, что поступает в неё по каналам различных виджнян. Алая совершенно безучастна, беспристрастна и не расставляет никаких оценок.



Отношения между различными функциями
Составив представление о том, что означают некоторые важнейшие термины и какие функции ими обозначаются, позволим себе продолжить разбираться в том, как они соотносятся друг с другом. Всю систему умственных функций называют в Ланкаватаре читта-калапа (cittakalāpa) или виджнянакая (vijñānakāya); термины читта и виджняна используются здесь как синонимы. В этой умственной системе различают восемь способов деятельности: Алая-виджняна, манас, мановиджняна и пять чувств-виджнян. Когда эти восемь виджнян делят на две группы, первую группу именуют кхьяти-виджняной (khyāti-vijñāna) или виджняной восприятия, другую — ваступративикальпа-виджняной (vastuprativikalpa-vijñāna) или объектно-различающей виджняной. Но по сути виджняны не делимы на две эти группы, поскольку восприятие и есть различение. Как только некий объект был воспринят как таковой, то есть, [к примеру,] как твёрдый или как окрашенный и т. п., уже имело место различение. Действительно, без последнего невозможно первое и наоборот. Каждая виджняна выполняет обе эти функции одновременно, в связи с чем можно сказать, что одно действие аналитически разделяется на два: на восприятие и различение. Но необходимо отметить, что эта двойная активность не присуща Алая-виджняне.

Другой способ классификации виджнян — согласно их лакшанам1 или способам существования, три из которых различаются как 1) развивающиеся (pravṛitti), 2) совершающие деяния (karma) и 3) как сохраняющие свою собственную изначальную природу (jāti)2. С этой точки зрения, все виджняны — виджняны развивающиеся и совершающие деяния, кроме Алаи, всегда пребывающей в собственной самосущей природе, поскольку виджняны в силу тех или иных причин могут прекратить развитие и свершение деяний, но Алая всегда остаётся такою, какова есть.

1 Лакшана (lakshaṇa) — букв. «знак, признак, характерная особенность, сущностный признак».
2 Джати (jāti) — букв. «рождение; форма существования (вроде животное, человек...) или положение, определяемые рождением (то, что в Европе принято именовать кастой)», но и — «исконная, истинная сущность/природа».

Алая, согласно Ланкаватаре, имеет два аспекта: Алая, какая она есть в себе, именуемая в Сагатхакам1 парамалая-виджняной2, и Алая — как умственное представление, называемое виджняптир3 Алая. Эти два аспекта также известны, соответственно, как прабандха (prabandha — «непрерывный» или «постоянный») и лакшана (lakshaṇa — «проявленный»). Алая непрерывна-постоянна в силу её ничем не нарушаемого существования, проявлена же она по причине её деятельности, воспринимаемой умом.

1 Сагатхакам, sagāthakam — «собрание стихов/гатх»: название особого стихотворного раздела Ланкаватары.
2 Парамалая-виджняна (pāramālaya-vijñāna) — pārama («первичная, высшая, высочайшая») + alaya-vijñāna.
3 Виджняптир, от vijñapti — «сообщать, объявлять».

Отсюда должно быть понятно, что Алая понимается в Ланкаватаре с одной стороны как абсолютная, а с другой — как зависящая от «развития» (pravṛitti). И именно этот второй, эволюционный аспект Алаи оказывается доступен коварному истолкованию манаса. Пока Алая пребывает в себе и независима [от чего-либо], она недоступна выявлению индивидуальным эмпирическим сознанием и почти неотличима от Пустоты, хотя она неизменно стоит за всеми действими виджнян, поскольку последние сразу же прекратят свою работу, как только Алая будет удалена из существования.

Манас сознаёт у себя «за спиной» присутствие Алаи, а также — непрерывное воздействия последней на всю систему виджнян. Осмысливая Алаю и представляя её себе неким эго, манас цепляется за неё, как если бы она была реальной, и пользуется сведениями, поставляемыми, соответственно, шестью виджнянами. Иными словами, манас — это личностное стремление жить и основа различения. При этом выстраивается представление о некой «я»-сущности, а также — принятие мира, внешнего по отношению к себе и отличного от собственной самости.

Действие шести виджнян до некоторой степени механистично, когда условия соответствуют, и они не осознают собственных деяний. У них нет никаких сведений, помимо соответствующих сферам их деятельности. Они не управляют собою и не имеют никакого представления о собственном существовании и своих деяниях. О том, что они переживают, они сообщают в «штаб» без комментариев или пояснений. Манас восседает в «штабе» и подобно величественному генералу собирает всю информацию, поступающую от шести виджнян. Именно он перемещает и упорядочивает сведения, [полученные от виджнян,] и раздаёт новые распоряжения своим «корреспондентам» согласно собственным потребностям и способностям. После чего эти распоряжения добросовестно исполняются.

Манас — двуликое чудовище, обращённое одним ликом к Алае, а другим — к виджнянам. Он не понимает, что Алая реальна. В силу разделения, являющегося одной из его основных функций, он видит множественность в Алае и цепляется за эту множественность как за нечто конечное. Отныне это цепляние привязывает его к миру частностей. Таким образом, желание — мать, а неведение — отец. Так возникает это существование. Но манас — ещё и обоюдоострый меч. Когда в нём происходит «последнее преображение» (паравритти), изменяется и весь порядок вещей в виджнянакае1 или читта-калапе2. Одним взмахом меча множественность разбивается на куски и Алая открывается в своей изначальной форме (свалакшане3), то есть как уединённая реальность (вивиктадхарма4), какою она была изначально — до различения. Разумеется, манас не является независимым работником, он всегда зависит от Алаи, без которой попросту не способен существовать, но при этом и Алая зависит от манаса. Алая — абсолютно едина, но эта единость имеет значение, только если сама Алая осознана манасом и признана им в качестве его сторонника (аламба5). В целом эти отношения являются слишком тонкими, чтобы быть доступными обычным умам, замусоренным с безначальных времён загрязнениями и ложными представлениями.

1 Виджнянакая, букв. vijñānakāya = vijñāna (различающие сознание) + kāya («тело») = «тело распознавания».
2 Читта-калапа, букв. citta-kalāpa = citta («мышление») + kalāpa («то, что удерживает разрозненные части вместе» — «хранилище мыслей/мышления».
3 Свалакшана, букв. svalakshaṇa = sva («свой, собственный») + lakshaṇa («сущностный признак»).
4 Вивиктадхарма, букв. viviktadharma = vivikta («одинокий, одиночный, отдельный») + dharma («закон; основа; природа, естество»).
5 Аламба, букв. ālamba — «то, на что можно положиться или опереться».

Манас, поддерживаемый Алаей, был средоточием желания или жажды (tṛishṇā), кармы и неведения. Их семена проросли и отложились в Алае. Когда волны вызваны в океане Алаи ветром объективности — именно так интерпретируемым манасом — эти семена постоянно подпитывают непрерывный поток вод виджняны. В той общей суете, в которой все мы, чувствующие существа, живём, Алая «повинна» столь же, сколь и манас; поскольку, если Алаей отвергнуты семена, доставленные в потоке виджняны, то манас, возможно, окажется не способен выполнять две свои основные функции: влечения и различения. Но в то же время в силу самоочищающейся природы Алаи может произойти великое крушение, известное как «последнее преображение». С этим «последним преображением», произошедшим в Алае, [состояние] манаса связано настолько глубоко, что также переживает преображение в своём базовом отношении к виджнянам. Последние более не воспринимаются [им] как поставщики сведений из внешнего мира, характеризующегося особостью и многообразием. Это положение отныне отвергнуто, внешний мир как таковой более не привязывается [к манасу], то есть, [не воспринимается] как реальность; поскольку он — всего лишь отражение Алаи. Алая смотрелась в зеркало манаса. С самого начала не существовало ничего, кроме неё. Отсюда — доктрина «только ума» (cittamātra) или «только Алаи».



Религиозное значение
Необходимость осознания Алаи в обоих её аспектах — (1) как абсолютной реальности (viviktadharma) и (2) как подчиняющейся причинной обусловленности (hetuka), следует из махаянской концепции буддовости (buddhatā). Окажись буддовость чем-то абсолютно отъединённым, все усилия, прилагаемые чувствующими существами для достижения просветления, не имели бы никакого смысла. Иначе говоря, [в этом случае] всё то, что стремятся делать для чувствующих существ Татхагаты, было бы недостижимо. Должно быть нечто доступное каждому, чтобы на сигнал, поданный на одном конце, получивший его ответил на другом. Таким образом, Алая с одной стороны известна как Татхагата-гарбха (Tathāgata-garbha) или лоно Татхагат, а с другой — представляется невеждам некой самостью-душой (пудгала1 или атман2).

1 Пудгала, букв. pudgala — «я/самость» (в уничижительном смысле), личность.
2 Атман, букв. ātman — «душа как основа жизни и восприятия» (также — душа в высшем/абстрактном смысле).

Следовательно, Татхагата-гарбха, называемая с психологической точки зрения Алая-виджняной, является вместилищем вещей — хороших и плохих, чистых и загрязнённых. Другими словами, Татхагата-гарбха изначально, по своей самосущей природе, безупречна, но в силу определённых внешних загрязнений (агантуклеша1) омрачается, в состоянии же омрачения — обычно присущем всем чувствующим существам — становится невозможным интуитивное проникновение (пратьякша2). Если же оно невозможно, как это имеет место с философами и невежественными массами, Гарбху иногда полагают творцом (карана3), а иногда — «я»-веществом (атман). Поскольку её полагают именно такой, это позволяет ей мигрировать по шести мирам существования4. Однако как только имеет место интуитивное проникновение в изначальную чистоту (пракритипуришуддхи)5 Татхагата-гарбхи, вся система виджнян переживает [подлинную] революцию. [И] если бы Татхагата-гарбха или Алая-виджняна не представляли собою таинственной смеси чистоты и загрязнения, добра и зла, это внезапное преображение (паравритти) всей личности было бы невозможно. То есть, если бы Гарбха или Алая, будучи сами по себе абсолютно нейтральными и «неокрашенными», не допускали по сути своей определенной иррациональности, ни одно из чувствующих существ никогда не стало бы Буддой и никакое просветление не могло быть пережито никем из людей. Основывающееся на логике должно быть так или иначе превзойдено. И поскольку эта нелогичность практически возможна, в Махаяне возникает учение о только-уме или ничего, кроме ума (читта-матра).

1 Агантуклеша, āgantukleśa = āgantu («добавленное; налипшее») + kleśa («страдание, несчастье, печаль, недуг...»).
2 Пратьякша, pratyaksha — «непосредственное восприятие».
3 Карана, karaṇa — «действующий, творящий».
4 Шесть способов существования — речь идёт о шести сансарических эволюционных мирах или способах развития сознания: 1) мир богов (дэвов); 2) мир полубогов/не-богов (асуров); 3) мир людей; 4) мир животных; 5) мир голодных духов (претов); 6) мир обитателей адов.
5 Пракритипуришуддхи, prakṛitipuriśuddhi — букв.: prakṛiti («пра- или перво-материя») + pura «вещество» + śuddhi («очищение, освобождение от загрязнений»).


Онтология1 и двойная бессамостность
При обсуждении теории Только Ума мы должны избегать психологического толкования этого термина. Здесь под умом (читта), понимается не наш индивидуальный ум, подчиненный закону причинности (хетупратьяя2). Абсолютный Ум-читта превосходит любые двойственные представления о существовании, он не принадлежит ни системе виджнян, ни нашему объектному миру (вишая3). Потому в Ланкаватаре этот Ум-читта часто описывается в терминах онтологии.

1 Онтология — учение о бытии как таковом, описывающее фундаментальные основы/принципы бытия и его наиболее общие сущности и категории.
2 Хетупратьяя, hetupratyaya = hetu («причина, основание») + pratyaya («условие/сопутствующая причина»).
3 Вишая, vishaya — «объект или предмет, доступный чувственному восприятию».

Наиболее важный из этих терминов — Васту, встречающийся в тексте Ланкаватары в одном случае рядом с Татхатой (tathātā), а в другом — рядом с Арьей (ārya). В первом случае Васту и Татхата используются как синонимы: являющееся Татхатой является Васту. Термин «Татхата», который можно перевести и как «Таковость», и как «Этость», достаточно часто встречается в текстах Махаяны для обозначения высшей реальности, постигаемой лишь беспредельной мудростью или Праджней (prajñā); а под Васту (vastu) в буддизме, и в большинстве случаев — в Ланкаватаре, обычно понимается «обособленный объект, рассматриваемый как внешний по отношению к виджнянам». Но очевидно, что там, где Васту является Татхатой, это слово должно означать Предельную или Высшую Реальность.

Во втором случае, когда Арья увязывается с Васту, арья должно выступать в роли определяющего прилагательного, то есть эта реальность является чем-то, описываемым как арья — «благородным», «священным» или «достоверным».

Высшую реальность также называют «тем, что существовало изначально» (pūrvadharmasthititā или paurāṇasthitidharmatā). Поскольку это — наидревнейшая реальность, её выявление означает [для достигшего] возвращение в свою исконную обитель, в которой всё, наблюдаемое вокруг возвратившимся сюда, — и близко, и знакомо ему издревле. Потому в чань/дзэн-буддизме переживание [этого состояния] сравнивают с возвращением в родной дом и обретением спокойной оседлости (歸家穩坐, гуй [возвратиться] цзя [домой] вэнь [спокойно] цзо [сидеть]). Будды, просветлённые — все покоятся здесь, как золото — в сокровищнице. Вечносущая реальность (sthititā dharmatā) превыше любых изменений.

Быть превыше любых изменений означает пребывать в собственном жилище, не покидая его, и оттого [пребывание в этой] реальности определяется как «быть верным себе/своему месту» (svastha), или «не покидать собственного жилища» (svasthāne 'vatishṭhate). Чтобы не покидать собственного жилища, следует быть единым, уединённым, совершенным. Следовательно, эта Реальность есть Уединённая Дхарма (вивиктадхарма), нечто уединённое [или] Бхутакоти1 — предел реальности, предполагающий соответствующий образ мысли. Это и Экагра2, вершина единости, и эта вершина или предел/высшая точка (koṭi) одновременно является не-вершиной, не-пределом, потому что она достигается лишь тогда, когда происходит заключительный скачок за пределы множественного многообразия вещей.

1 Бхутакоти, bhūtakoṭi — bhūta («существо») + koṭi («высшая точка») = «предел развития существ».
2 Экагра, ekāgra — «одноточечность» или «полное сосредоточение на одном», также — «неколебимость, нерушимость».

Более распространённые наименования высшей реальности, известной как Читта, — татхата («таковость» или «этость»), сатьята («состояние истинности»), бхутата («состояние подлинной реальности»), дхармадхату («царство истины»), нирвана, нитья (постоянство), самата (тождественность), адвайя (не-двойственность), ниродха (прекращение), анимитта (беспричинность), шуньята (пустота) и т. п.

В этих определениях встречается естественное для психологии Махаяны отрицание существования самости-души или «я»-сущности в Алае и онтологически утверждается, что трагедия жизни проистекает из веры в реальность существования или окончательность [любого] индивидуального объекта. Первое терминологически называют доктриной пудгала-наиратмья (бессамостности личности)1, второе — дхарма-наиратмья (бессущностности дхарм-вещей), [согласно] первой отрицается реальность самости-души, а второю — предметность любого обособленного объекта.

На первый взгляд подобное отрицание наличия Атмана у людей и индивидуальных объектов представляется негативным и не имеющим никакого морального значения. Но когда осознаёшь, что в конечном счёте имеется в виду под Читта-матрой (Только Умом) или Вивиктадхармой (Уединённой Реальностью), понимаешь, что негативизм [этого отрицания] существует [лишь] на уровне рассудочности и относительного знания.

1 Пудгала-наиратмья, букв. pudgalanairātmya — pudgala («душа; обособленная сущность; личность») + nairātmya/nirātmya («отсутствие обособленной сущности/души либо обособленного существования») = «душа, не имеющая самости».

Термин «середина» (madhyama), означающий «Серединный Путь», не встречается в текстах Ланкаватары, за исключением дополнительной главы — Сагатхакам. Но идея о том, что истина не постигается путём двойственного толкования существования и пребывает вне представлений о бытии и не-бытии, повсеместно подчёркивается в Ланкаватаре. Фактически, можно сказать, что [задача] этого тезиса, одного из основных в Ланкаватаре, — определить [истинность] Абсолюта, допускающего возможность мира частностей, но [при этом] недоступного постижению посредством [суждений о] бытии и не-бытии (астинаститва). Таким Абсолютом является Серединный Путь школы Мадхьямака.


Недостижимость
Это выход за пределы всех форм двойственности, которые могут определяться многообразно: как бытие и не-бытие, как единость и множественность, как это и то, как причинно обусловленное и [одновременно] не имеющее причинной обусловленности, как форма и бесформенность, как утверждение и отрицание, как Сансара и Нирвана, как неведение и знание, как деяние и не-деяние, как добро и зло, как чистота и загрязнённость, как самость и бессамостность, как мирское и надмирное... И так — до бесконечности: это [состояние] превосходит [любые] границы мира противоположностей и противостояний, являя собою одну из наиболее важных идей Махаяны. Не существует ничего реального, пока мы вязнем в путанице относительного, и [здесь] никогда не завершиться нашим страданиям. Потому надлежит прилагать усилия, чтобы овладеть реальностью, но эта реальность не является чем-то совершенно обособленным. Будь она такой — никто из нас не мог бы ухватить хотя бы отблеск её, а если вдруг кому-нибудь это всё же удалось бы, она превратилась бы в нечто противостоящее миру относительности, что означало бы утрату её обособленности, то есть обособленное стало бы частью этого мира.

Таким образом, согласно буддийской философии реальность должна постигаться в этом мире и посредством этого мира, поскольку она — «Вовне, которое одновременно Внутри». В Ланкаватаре она сравнивается с луной, отражённой в воде, или цветком, увиденным в зеркале. Она внутри и всё же — снаружи, она — снаружи и всё же внутри. Этот аспект реальности описывается как «недостижимый» или «недосягаемый» (anupalabdha). И именно в силу его недоступности в мире частностей, с точки зрения реальности он подобен сну, миражу и так далее. Тончайшие связи реальности с [объектным] миром недоступны описанию: эта реальность посвящает в свои тайны лишь тех, кто действительно выявил её в себе посредством благородной мудрости (арья-джняна или праджня). И это выявление — также своего рода знание, хотя и отличное от того, что обычно понимается под этим словом.



Эпистемология или Теория познания
Соответственно, без теории познания философия Махаяны оказывается непонятной. Ланкаватара достаточно определённа в отношении двух форм познания: одна — для постижения Абсолюта или вхождения в царство Только Ума, а другая — для осознания существования в его двойственном аспекте, где преобладает логика и активны виджняны. Вторая форма познания именуется в Ланкаватаре Различением (викальпой), а первая — беспредельной мудростью или [беспредельным] знанием (праджней). Распознаванию двух этих форм познания придаётся крайне важное значение в буддийской философии.

В Ланкаватаре отдаётся явное предпочтение [термину] Арья-джняна вместо Праджня, хотя последнее наименование используется в буддизме со времён его возникновения. Арья-джняну или благородную мудрость обычно увязывают с Пратьяатмой, внутренним «я», показывая, что эта благородная высшая мудрость является умственной функцией, действующей в глубинах нашего существа. Будучи связано с высшей реальностью или предельной истиной, она не является внешним/поверхностным знанием, имеющим дело с частными объектами и их взаимодействиями. Это — интуитивное постижение, которое, проникая через внешние оболочки существующего, достигает основы, логически и онтологически являющейся причиной всего.

Ланкаватара не устаёт убеждать своих читателей в важности этого постижения для обретения духовной свободы, поскольку оно представляет собою фундаментальное интуитивное проникновение в истину Только Ума и составляет суть буддийского просветления, с которого поистине начинается духовная жизнь бодхисаттвы.

Беспредельное Знание-Джняна определяется в Ланкаватаре по-разному. Это и правичая-буддхи, то есть проницательность, основывающаяся на первичной основе существования, и сва-буддхи (внутреннее постижение); Нирабхаса или Анабхаса (безóбразность), превосходящая все осязаемые формы; и Нирвикальпа (отсутствие различения), под которым понимается непосредственное эмпирическое знание, возникающее ещё до появления любой формы различения и поэтому ни в коей мере невыразимое посредством слов (вач или рута). Пробуждение высшего знания (ануттара-самьяк-самбодхи1) — [основная] тема Праджняпарамитских сутр2, но в Ланкаватаре акцент разговора смещён на выявление посредством Благородного Знания предельной реальности, которая есть Только Ум. Этот психологический акцент, характерный именно для Ланкаватары, ставит эту сутру на особое место в литературе Махаяны.

1 Ануттара-самьяк-самбодхи, anuttarasamyaksaṁbodhi — anuttara («непревзойдённое») + samyak-saṁbodhi («правильное/совершенное просветление»).
2 Праджняпарамитские сутры — корпус буддийских текстов, повествующих о достижении Праджняпарамиты (prajñā-pāramitā — «совершенство [благородной] мудрости»). Наиболее известные из них — Алмазная сутра (Ваджраччхедика-праджняпарамита сутра) и Сутра Сердца (Праджняпарамита хридая сутра).

Знание, противопоставляемое Праджне или Арья-джняне, именуют викальпабуддхи, или просто викальпа, что я перевёл как «различение». Это относительное знание, действующее на уровне двойственности. Его можно назвать дихотомическим или разделяющим, и именно благодаря ему стало возможным появление суждений. Существование постоянно делится нами на концептуальные пары — тезис и антитезис, то есть — на бытие и не-бытие, постоянное и непостоянное, Нирвану и Сансару, рождение и смерть, творящего и сотворённое, это и то, «я» и «не-я», ad libitum. Всё это происходит в силу действия различения-викальпы. Таким образом, лакшана (форма) существования, предстающая нам, это не его истинная сущность, а творение нашего собственного [различающего] мышления (виджняпти. Но наш ум-буддхи, предпочитающий множественности, не в состоянии понять это и заставляет нас цепляться за [кажущиеся] проявления как за реальные. В результате, мир, в котором мы теперь живём, предстаёт не таким, каков он есть по сути, поскольку отныне он — то, что мы измыслили согласно нашему собственному невежеству и различению. Реальность ускользает от нас, истина не даётся нашему пониманию, ложные представления накапливаются, ошибочные суждения продолжают громоздить одну сложность на другую. Несознаваемые влечения (васана1), созданные таким образом, захватывают полную власть над Алая-виджняной, и Алая-Абсолют вовеки неспособна высвободиться из-под этих нагромождений. И нашим уделом становятся бессмысленные нескончаемые перерождения.

1 Васана, букв. vāsanā — «несознаваемые впечатления/представления/“отпечатки”, оставшиеся в подсознании и оказывающее влияние на жизнь человека».


Двойственная Истина (сатья)
О различиях между высшей истиной (парамартха-сатья и истиной условной (самврити-сатья) в Ланкаватаре явно не говорится, но упоминания о них встречаются и упоминается, что ложное различение принадлежит к разряду шаблонов или условностей. Санскритское слово для обозначения конвенциональных условностей — вьявахара, т. е. тот житейский опыт, согласно которому мы говорим о вещах рождённых и разрушенных, а также о том как, что, где, почему и т. п. применительно к сущему. Эта разновидность познания не помогает нам достичь проникновения в глубины бытия.



Три свабхавы
Ещё один способ классификации знания, упоминаемый в Ланкаватаре, известен как три свабхавы1. Это классификация, общепринятая во всех школах буддизма Махаяны. Свабхава означает «самосущая природа» либо «независимая реальность», либо «самодостаточная сущность», существование которой в той или иной степени общепризнано. Первую форму знания, благодаря которому воспринимается реальность вещей, называют парикальпита или «воображаемым», то есть [плодом] воображения в его обычном смысле. Знание, получаемое таким образом, иллюзорно, поскольку вещи, полагаемые реально существующими, в действительности таковыми не являются. Это подобно наблюдению миража, исчезающего по мере приближения к нему. Следовательно, воображаемые (парикальпита) объекты не обладают никакой объективной реальностью.

1 Свабхава, svabhāva — sva («самость») + bhā («быть, иметь место») — «самосущее бытие» или «самобытие», переводится также как «собственная природа».

Второю из форм знания, посредством которого мы исследуем существующее, является паратантра или «зависимость от другого». Это разновидность научного знания, основывающегося на анализе. Буддисты прибегают к этому методу, чтобы опровергнуть субстанциональность [или реальность существования] обособленных объектов, то есть свабхаватву вещей. Согласно ему, в мире нет ничего существующего независимо, существование всего, чего ни возьми, зависит от чего-то ещё: все вещи взаимно обусловлены, неразрывно связаны друг с другом. Раздробите на части объект, воспринимаемый конечным, и он растворится в открытом небытии. Современные учёные утверждают, что существование — не более чем математические формулы. Последователи Махаяны сказали бы, что не существует никакой свабхавы в чём-либо привлекательном, как, например, в виджнянах, если исследовать его с точки зрения паратантры.

Воображаемая видение (парикальпита) реальности не даёт нам истинного знания о ней, а относительное видение (паратантра) обращает её в небытие. Если это так, то к чему же прибиться нашей лодке просветления? Ланкаватара утверждает, что существует третий способ видения существования, названный паринишпанна, т. е. — «совершенный», позволяющий истинно ознакомиться с реальностью как она есть. Это «совершенное» знание, благодаря которому мы обретаем возможность истинно проникнуть в природу существования, подлинно познать то, что понимается под свабхавой, и заявить, что не существует свабхавы, какою она воображается невеждами, а также — что всё по сути своей пустотно (шунья).

Безупречное или «совершенное» знание исходит из Праджни или Арья-джняны. Оно называется иногда просто Джняной, проникающей в таковость вещей. Джняна воспринимает вещи такими как они есть, поскольку превосходит пределы царства бытия и не-бытия, где владычествуют различение и закон двойственности/дихотомии, и погружается в бездну, где нет никаких теней (анабхаса1). Это называют самовыявлением (свасиддхи2). Ланкаватара утверждает, что, поскольку мудрые видят реальность оком Праджни, они достоверно вникают в то, чем является реальность, то есть — в её самосущую природу (бхавасвабхава3), а не так, как она видится невеждам, чей взгляд никогда не выходит за пределы горизонта относительности.

1 Анабхаса, anābhāsa — a(n) («не, без») + ābhāsa («внешнее проявление») = «не имеющее внешних проявлений».
2 Свасиддхи, svasiddhi — sva («самость, себя») + siddhi «достижение, совершенство» = «обретение/раскрытие себя».
3 Бхавасвабхава, bhāvasvabhāva — bhāva («природа, бытие») + sva («самость») + bhāva («природа, бытие») = «природа самосуществующего бытия».

Это также называется «проникать в пустоту вещей». Пустотность (шуньята), однако, не означает «относительность», как полагают некоторые ученые. Относительная пустотность находится на низшем из уровней знания и не даёт реального представления о существующем как таковом. Пустота или пустотность, проповеданная в текстах Махаяны, неизмеримо глубже по сути. Она — объект беспредельного знания. Оставаясь в мире относительности, где правят законы логики, нельзя составить даже отдалённого представления об истинной пустоте или о том, что определяется в Праджняпарамите как Великая пустота или Махашуньята. В Ланкаватаре эта разновидность шуньяты также упоминается как одна из семи пустот. Так называемая относительная пустота соответствует первой из этих семи пустот, в то время как шуньята Махаяны это Парамартха-арьяджняна-махашуньята, то есть Великая пустота Благородной мудрости, являющаяся высшей реальностью.



Пять дхарм
Перед тем как завершить этот раздел, следует упомянуть о том, что известно как пять дхарм, служащих в Ланкаватаре одною из главных тем бесед. Эти пять дхарм и три свабхавы — два способа классификации одного и того же. Перечислим эти пять дхарм: Проявления (нимитта1), Имена (нама2), Различение (самкальпа3), Правильное Знание (самьягджняна4) и Таковость (татхата). Первые три дхармы соответствуют двум из трёх свабхав: парикальпите5 и паратантре6, в то время как две последние — паринишпанне7.

1 Нимитта, nimitta — «имеющее признаки».
2 Нама, nāma — «именованное», от nāman — «знак, признак, форма».
3 Самкальпа, saṁkalpa — «представление, идея или понятие, сформированное в уме или сердце».
4 Самьягджняна, samyag-jñāna — «правильное знание».
5 Парикальпита, parikalpita — «выбранное, вожделенное, воображённое...».
6 Паратантра, букв. paratantra — para («управление, главенство») + tantra («другой [не-я], посторонний»).
7 Паринишпанна, букв. parinishpanna — pari («высшая степень») + nishpanna («завершённый, совершенный»).

Наше относительное знание начинается с восприятия проявлений, которым даются имена. Далее эти имена представляются реальными и различение продолжается. Мы можем сказать, что различение возникло у нас первым, даже когда не имело место то, что называется восприятием, поскольку именование невозможно без определённого рода различения. Дальше — хуже, поскольку мы начинаем убеждать себя и думать, будто, придав имена, мы успешно разобрались с реальностью, и успокаиваемся по поводу вопросов духовности. Хотя без именования невозможно никакое познание, Правильное Знание (самьякджняна) так не обретается, поскольку оно невыразимо, неименуемо и его смысл (артха) не объять словами. На этот счёт в Ланкаватаре не допускается никакой двусмысленности: в ней категорически не рекомендуется привязываться к словам.

Объектом Правильного Знания является Таковость вещей как необусловленная категориями бытия и не-бытия. В этом смысле предельная реальность, как сказано [в Ланкаватаре], подобна луне в воде: она ни в глубине вод, ни снаружи. Мы не можем сказать, что луна находится в воде, поскольку это — простое отражение; но не можем сказать, что она не там, поскольку луна, хотя это может быть всего лишь отражение, действительно находится перед нами. Существует множество объектов нереальных с точки зрения относительности, как и с точки зрения Таковости. Если кому-то придёт в голову заявить, что подобная реальность, признаваемая Махаяной, является уж слишком эфемерной, призрачной и нереальной для наших духовных устремлений, Ланкаватара готова немедленно парировать: «Вы всё ещё остаётесь на уровне относительности». Когда пробуждена Арья-джняна, нет ничего реальнее Таковости/Татхаты, а само слово «Таковость» оказывается термином, наиболее подходящим для неё в пределах нашей способности придавать имена.
Subscribe

Recent Posts from This Community

  • Люстра

    Казалось бы, какая разница мне, о чем пишет НВ в своем журнале. Но я вот не могу пройти мимо. Мне очень жаль космосвина и лену иванову, которые все…

  • Интервью с Пелевиным

    Playboy: Интервью с Пелевиным 1998 «Playboy» Кто: Мастер. Возраст: 36. Где можно встретить: He’s a real Nowhere Man. Странная особенность:…

  • Манипуляции

    Нарисовать универсальный портрет манипулятора, увы, невозможно. По стилю воздействия манипуляторов можно разделить на четыре типа, каждый из которых…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments