direkt_mashin (direkt_mashin) wrote in orden_bezdna,
direkt_mashin
direkt_mashin
orden_bezdna

........................................



Подробнее на livelib.ru:
https://www.livelib.ru/articles/post/28262-kto-i-kakie-knigi-chital-sto-let-nazad-top20-russkih-knig-1913-goda?utm_source=subscription&utm_medium=email&utm_campaign=topweek0614_jun_2017&utm_content=default&usid=102117965
Библиотека Сибирской железной дороги и ее читатели Наш пост написан на основании материалов отчета библиотеки Сибирской железной дороги в Томске за 1913 год. Люди той эпохи были маньяками статистики и отчетов; зачем они всё это сосчитали, зачем издали отдельной книгой не знаем. Но с точки зрения истории и культурологии они создали великолепный источник, которым мы попробуем воспользоваться.


Библиотека, учитывая что на являлась народной, а не научной, была очень солидной — 30 тыс. томов книг и 30 тыс. томов периодических изданий; в год библиотека покупала 1300 томов книг и выписывала 190 периодических изданий (только детских журналов было 16 наименований). В центральную библиотеку в Томске (где размещалось управление Сибирской железной дороги) записались 728 читателей — 47% от личного состава управления дороги. А вот на линии, где было больше рабочих и меньше служащих, книг почти не читали. Два передвижных вагона–библиотеки обслуживали зону, в которой работало около 12 тыс. человек (всего у дороги было 48 тыс. сотрудников), но в них записалось только 350 человек. В целом по дороге, с библиотеку было записано только 10% рабочих и служащих. Уровень развития читателей был разным. 6% имели высшее образование, а из оставшихся у половины был среднее, у половины низшее (преимущественно шестилетнее образование городского училища). Среди читателей преобладали молодые люди — 63% читателей были моложе 30 лет; консервативное старшее поколение не читало вообще, только 0.5% читателей было старше 50 лет. А это значит, что молодые служащие читали практически все поголовно. Все, кто записался в библиотеку, читали много. Центральная библиотека выдавала 117 тыс. книг в год — 160 книг на читателя в год. Понятно, что люди брали книги для жен, для детей, для родителей, но даже в таком случае выдачи представляются очень большими; по всей видимости, хорошая библиотека привлекала людей, и подписчики брали книги для приятелей, не работающих на дороге. Служащие управления железной дороги, в отличие от загнанных вусмерть линейных служащих, имели большие досуги. Работали они немного — семь–восемь часов в день, дорога до дома занимала минут двадцать, все их домашние дела лежали на женах и на прислуге, детьми мужчины того времени занимались мало. Складывается впечатление, что уже с ранней молодости мужчины–служащие разделялись на два разряда — одни всё долгое свободное время читали запоем, другие пили запоем. К рабочим это не относится — они просто работали и спали, имея мало свободного времени. Судя по всему, в управлении Сибирской железной дороги культура чтения приветствовалась. Железная дорога в Сибири, с момента начала строительства, традиционно являлась работодателем для интеллигентных изгоев, политических ссыльных. Кроме того, Томск был вообще академическим городом, "Сибирскими Афинами", средоточием ученых заведений. Видимо, политики и умники, устроившись на железнодорожную службу, сумели заразить любовью к чтению и более простецких коллег. Железнодорожники прочитывали в 10–12 раз больше книг на человека в год, чем студенты и преподаватели Томского университета. Всё это вскоре довело томских железнодорожников до большой беды, о которой мы расскажем далее. Топ–20 книг 1913 года Теперь самое интересное — двадцатка самых популярных русских писателей 1913 года. В скобках — количество томов, выданных за год. 1. Лев Толстой (1689); 2. Александр Амфитеатров (1086) — автор множества длинных, нудных, простых по мысли романов из современной отечественной жизни; забыт; 3. Анастасия Вербицкая (1015) — женщина, писавшая для женщин; автор романов о сильных, решительных женщинах, пробившихся в люди благодаря своим личностным достоинствам; полностью забыта; 4. Василий Немирович–Данченко (911) — автор книг про путешествия и военных романов; полностью забыт; 5. Достоевский (902); 6. Чехов (829); 7. Иван Мясницкий (Барышев) (790), автор юмористических рассказов; полностью забыт; 8. Игнатий Потапенко (776) — забытый автор великого количества больших, старомодных, простецких романов; забыт без следа; 9. Генрих Сенкевич (753) — редкий случай, польский писатель, активно читаемый в то время на русском; разнообразные романы, преимущественно исторические; в России его сейчас читают совсем мало; 10. Всеволод Соловьев (731) — автор разнообразнейших исторических романов; полностью забыт, а его брата Владимира, философа, и отца Сергея, историка, помнят; 11. Евгений Салиас (696) — автор исторических романов, почти все из отечественной истории 17–18 века; полностью забыт; 12. Мамин–Сибиряк (670) — читаем ныне совсем мало, но кое–кто его пока помнит; 13. Горький (590) — никто его не уже не читает, но все о нем помнят; Горький, благодаря коммерческой сметке, был не самый читаемый, но самый высокооплачиваемый писатель той эпохи; 14. Николай Лейкин (552) — нечто вроде ранних юмористических рассказов Чехова, но шибко тупее, хуже; молодой Чехов ему завидовал; 15. Тургенев (559); 16. Леонид Андреев (551) — по понятиям того времени остромодный модернист, известный каждому, доступный не каждому (Сорокин/Пелевин); 17. Гончаров (498); 18. Казимир Баранцевич (409) — автор забытых трагикомических рассказов; 19. Ольга Шапир (408) — феминистка и автор романов про любовь; никто ее не помнит; 20. Александр Островский (371) — да, тогда люди читали и пьесы. В то время, как двадцатка поражает изобилием неведомых нам сегодня имен, писатели, которых мы помним и читаем сегодня, имели куда более скромные успехи у читателей. Вот примеры: Куприн (319), Лесков (130), Мережковский (97), Бунин (48). Все авторы гимназического курса (а в особенности поэты) пользовались низкой популярностью: Пушкин (225), Гоголь (143), Лермонтов (98), Грибоедов (48). Понятно, что те, кто учился в школе, там эти книги и прочитал. Но те, кто не учился? Видимо, они, как и люди нашего поколения, верили, что в школе хорошую книжку по литературе проходить не будут. Множество писателей, которые пусть и не особо читаемы, но имена которых сегодня на слуху у начитанных людей и связываются с культурой того времени, на самом деле никого не интересовали (менее 100 выдач): Гаршин, Аксаков, Козьма Прутков, Глеб Успенский, Тютчев, Фет, Брюсов. Переводные книги менее интересовали читателей, чем отечественные. Видимо, люди без высшего (и уж особенно без среднего) образования были просто не в курсе европейских или исторических реалий, и в результате плохо понимали действие. Лидеры по выдаче выглядели так: Золя (516), Мопассан (508), Дюма (480), Елизавета Вернер (ходят слухи, что ее книги издаются и сегодня) (357), Гюго (362), Конан–Дойль (351), забытый Шпильгаген (267), неведомый ныне в России Бласко Ибаньес (250), полузабытый Эжен Сю (248), Марк Твен (237). Общая выдача книг за год по числу томов была равна выдаче периодических изданий, среди которых лидировали так называемые "толстые" журналы — из них лучшими были "Современный мир", "Русское богатство", "Исторический вестник" и "Вестник Европы" — имевшие по 2000–2500 выдач в год. Выглядели эти журналы приблизительно одинаково. Редакционная серьезная статья на общественно–политическую тему — обзор новостей месяца — короткий рассказ или художественный очерк — часть от большого романа, печатавшегося во многих выпусках — фельетон или юмореска — рассказ о путешествиях/жизни в других странах/жизни дикой природы, обычно с иллюстрациями — научно–популярная статья — раздел "смесь" (подборка мелких заметок о курьезных и любопытных вещах) — обзор новых книг. Легко заметить, что во многом такие журналы были интереснее для неокрепших умов, чем любая отдельная книга — они формировали круг интересов, давали темы для разговоров. Журналы были так популярны, что из выдавали не более чем на два–три дня, так как за ними стояла очередь. Учитывая, что в них было страниц по 150, любителям книги приходилось читать до глубокой ночи. Экономическая ловушка для русской книги Чем была вызвана такая популярность библиотеки? Прежде всего тем, что книга была не по карману. Русская книга находилась в ловушке. Она была слишком дорогой для рядового читателя, роман стоил 1.5–2.5 рубля, дневной заработок рядового служащего железной дороги. Соответственно, даже самые популярные книги выходили тиражами 10–20 тыс. экз., то есть только для библиотек и для верхушки читателей, людей с высшим образованием (около 200 тыс. семей). Самое тиражное издание эпохи — посмертное собрание сочинений Толстого — вышло тиражом 100 тыс. экз. Популярность библиотек, в которых расхожие книги успевало прочитать чуть ли не 100 человек в год, убивала тиражи, а с ними и заработки писателей. Низкие тиражи приводили к тому, что книги печатали высокой печатью, с ручным набором, то есть самым дорогим способом. Высокая цена еще более ограничивала тиражи — в общем, сформировался порочный круг. Впрочем, есть основания думать, что дешевые приключенческие брошюрки без обложек, выходившие еженедельными выпусками (типа Пинкертона) люди уже начинали читать чуть ли не 600–тысячными тиражами. А вот в США, где зарплаты были в 3–4 раза выше, а среднее образование у людей моложе 35 было уже почти всеобщим, книги смогли выйти из ловушки. Бестселлеры из верхней десятки издавались тиражом 1 млн в год (при населении в 2 раза менее российского), бестселлер года — до 1.5 млн (и это только в год выхода). Разумеется, это были уже книги для каждой семьи. Такими тиражами книги можно было уже печатать ротационной печатью, офсетом, что делало их еще дешевле и доступней. Интересно, что популярные американские книги той эпохи также совершенно забыты. Писатель 1913 года — Уинстон Черчилль (нет, не английский политик), с ужасающим романом "The Inside of the Cup", про пастора, который вначале был греховен, а затем прозрел, исправился и стал на путь добрых дел. Вы когда–нибудь слышали это имя? Пожар.. Теперь перейдем к КДПВ.



Что это там горит, библиотека?. Нет, это горит управление Сибирской железной дороги в Томске, вместе с читателями библиотеки. В октябре 1905 года, как и во многих других городах России, в Томске активизировалось протестное движение. По городу ходили толпы под красными флагами, срывавшие работу казенных и учебных заведений, устраивавшие импровизированные митинги в общественных зданиях, певшие революционные песни и т.п. После издания Манифеста 17 октября все, кто надеялся на реформы в России, еще более приободрились. Монархисты осознали, что надо спасать Россию, а именно бить студентов, жидов и железнодорожников. Жидов за то, что жиды, а студентов и железнодорожников — за то, что слишком умные. Начались стычки между революционными и черносотенными манифестациями. 20 октября черносотенцам улыбнулась удача — им удалось собрать врагов в одном месте, загнав жидов и студентов в здание управления железной дороги (где, тем временем, собрались с целью получения жалованья не участвующие в революции железнодорожники). Здание подожгли, прыгавших из окон забивали насмерть, трупы грабили. Войска и полиция, стоявшие на площади, бездействовали. Через два дня волнения стихли. В 1909 году прошел суд, кое–кого из погромщиков присудили к небольшим срокам; вскоре Государь всех помиловал.. да..

Отож пацаны. Мы инспектора ЦК Профсоюзов тут вот то добавим.

С юности цесаревич Павел усвоил истины, что «человек – первое сокровище государства, а труд его – богатство», что «сбережение государства – сбережение людей, сбережение людей – сбережение государства».

Как мы уже писали, ПРАВОЕ КРЫЛО «ПАРТИИ ИЗОЛЯЦИОНИСТОВ» выдвинуло лозунг «ХЛЕБА и НЕБА!». Что стоит за этими словами? Мы не рассчитываем ни на что за пределами государственных границ нашего Отечества. Нам некуда больше расширяться, кроме как вверх и вглубь. Мы говорим о дальнейшем развитии НАШИХ СОБСТВЕННЫХ производственных сил и отношений, о раскрытии и использовании наших собственных ресурсов, для развития нашей собственной экономики. Действуя в этом направлении, мы разрабатываем комплексную программу освоения целинных земель, в которой ключевое место отводится развитию транспортной инфраструктуры (стратегическая железная дорого Оренбург – Ташкент). Нами уже разработан оригинальный проект интенсификации переселенческой политики в рамках общей реформы вооруженных сил.
ХЛЕБА и НЕБА! МНОГИЕ ЛЕТА ГОСУДАРЮ!»
Tags: corpus anonymous
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments