September 4th, 2021

звезда

Отношения

- Сильный мужчина – это не внешность, не сильное тело, не уверенный взгляд, не элегантный гардероб. Все эти вещи важны, но это лишь внешние атрибуты. Они ничего не говорят о силе. Внешность бывает обманчива. За красивым и сильным телом, за изысканными манерами и прочим внешним блеском часто живет страх. Лишь в действиях и поступках проявляется сущность.
- Как это?
- Все просто. Я смотрю на то, как ведет себя мужчина, когда он терпит поражение. Большинство теряет контроль. Одни хамят и оскорбляют, другие оправдываются. Они все реагируют по- разному, их объединяет одно - они ищут причины. Так ведут себя слабые мужчины.
- А сильные?
- Сильные? – она улыбнулась, сделала глоток вина и посмотрела на меня, - Сильные всегда идут до конца. Они не боятся проигрывать.

Collapse )
звезда

«Снежная Королева». Развенчание гностического мифа

Михаил Елизаров: Бураттини

«Снежная Королева» – трогательная добрая сказка-притча. Девочка Герда ищет своего названного брата Кая. Мальчика унесла Снежная Королева. После тяжких мытарств Герда находит брата во дворце Королевы. Слезами Герде удается растопить лед сердца Кая, он снова становится прежним. Уже взрослыми Кай и Герда возвращаются домой – таков сюжет.

Вся эта сказочная история имеет серьезную религиозную подоплеку. В «Снежной Королеве» разворачивается протестантский поединок с гностическим мифом.
В Европе первой половины XIX века процветал оккультизм. Повсюду появлялись теософские кружки, подогревался интерес к спиритизму, алхимии. Один за другим в печать выплескивались различные эзотерические трактаты, как подлинные, так и поддельные. Одним словом, все то, что в Средневековье было интеллектуальной забавой правящего класса, сделалось достоянием буржуазной массовой культуры с неизбежным налетом бульварщины. В обществе возродился интерес к религиозным братствам тамплиеров и розенкрейцеров, катаров и прочим еретическим орденам, якобы существующим и поныне; к тайным знаниям, которые веками укрывала христианская церковь. Оккультизм на тот момент еще не имел социального (к примеру, расистского) вектора и был явлением художественным. Бытовой гностицизм сделался своего рода эстетской позой, интеллектуальным протестом, как нигилизм и атеизм.

Collapse )мифа.
звезда

ПВО & СРКН

Д. Быков
программа «Один» от 27-го августа 2021
отвечает на вопросы

«Прочитал рецензию Юзефович на новую книгу Пелевина. Не кажется ли вам, что по описанию это очень походит на глубоко проработанный «День опричника»?»

Нет, скорее это походит на «Доктора Гарина», потому что секс с неантропными сущностями, с нечеловеческими — как с этой альбиноской в «Докторе Гарине» или с куклой и симулякром в «Снаффе» и в новом романе, в «Трансгуманизме» — это наводит на мысль, опять-таки, о непреднамеренном совпадении.

Разумеется, не о том, что Сорокин и Пелевин — это одно и то же лицо. Я думал, кстати, какое-то время запустить такую литературную мистификацию, что нет ни одной фотографии, на которой Сорокин и Пелевин были бы вместе. Отсюда следует, что это один и тот же человек. Что «сорока» в некоторых говорах — это «пелева». Это, конечно, полная ложь, но некоторые купились бы. Как говорил Ленин (помните цитату?), «Особенность интернета в том, что цитаты в нём не проверяются».

Что касается вот этого секса с неантропными сущностями, с нечеловеческими — наверное, это вызывается определённым пресыщением, что ли, опредёленной тоской по поводу того, что, как сказано у Бродского, даже во сне вы видите человека. Всё человеческое, слишком человеческое. Хочется совокупиться с чем-нибудь нечеловеческим. Но мне не хочется. Ну вот, может быть, они устали описывать человека. Всяко бывает.

<...>

Кстати, юмор Пелевина мне очень нравился одно время, пока он был. Но, может быть, его сегодняшние остроты — это буддийский способ шутить.

<...>

«Я слишком люблю Пелевина, чтобы читать его свежие романы. Он устал. Что его заставляет писать очередные (слово «новые» неуместно) романы, неизвестно. Наверное, ему просто тяжело отпустить читателя».

Да нет, я думаю, материальные его потребности давно удовлетворены. Да и какие у буддиста материальные потребности? Вообще просветлённые люди движимы другими целями. Наверное, у него какое-то особенное великолепное стремление катехизировать читателя или, может быть, как-то облегчать ему жизнь. Я думаю, что он движим как раз высокими чувствами. Но почему-то проза его никак этого не отражает. Его высокие чувства как-то касаются только регулярности появления этих текстов. Сами же эти тексты выглядят действительно какими-то подозрительно бесчеловечными. Даже не бесчеловечными, а просто усталыми. Это верно. Но никто из нас от этого не застрахован.

<...>



Вот есть, оказывается, фотография, где Сорокин, Пелевин и Толстая на одном снимке. Ну, если это не фотомонтаж, придётся признать, что они существуют. Понимаете, мне-то не надо этого доказывать. Я знаком и с Сорокиным, и с Пелевиным. То есть Сорокина я видел, а с Пелевиным довольно часто разговаривал и одно время был на «ты». Другое дело, что прошло лет 15 с тех пор. Но я всё равно продолжаю к нему относиться с глубоким уважением. Просто сейчас у него такой способ писать романы, а у меня такой способ их читать. Потом это изменится, конечно.
звезда

Шарабан- Мухлюев - франкенштейн кукуратора

"– В зарубежных источниках, однако, активно муссируется слух о том, что кукуратор сердоболов – не кто иной, как Г. А. Шарабан-Мухлюев собственной персоной. Это объясняет культ Шарабан-Мухлюева, старательно насаждаемый в культуре Доброго Государства уже больше столетия.

Шарабан-Мухлюев никогда не жил в позднем карбоне – он вынужденно переехал в банку сразу после расстрела последних Михалковых-Ашкеназов, во время которого один из клонов успел уколоть его отравленной иглой…

– Хоть Шарабан-Мухлюев действительно написал несколько книг, он не был значительным писателем и подвергался постоянным поношениям со стороны либеральной критики. Но в его фиктивный «корпус текстов и афоризмов» объединили наследие сразу нескольких авторов среднего и позднего карбона, придумав миф о сне в криофазе, чтобы продлить его существование в прошлое.

– Новые эссе Шарабан-Мухлюева, регулярно открываемые исследователями, строгает настроенная на ретроспективу нейросеть-трешка с фальшивой орально-анальной фиксацией, придающей этим текстам определенную человечность. Та же сеть выполняет общественно-литературные функции писателя, главной из которых является борьба за чистоту языка, а сам он, став кукуратором Добросуда, сосредоточился на управлении историческими процессами…

– Как объяснить полное отсутствие информации об этом масштабном подлоге? Утверждают, что необходимая сетевая зачистка была согласована с «Открытым Мозгом» за бонусы на рынке имплант-рекламы. Создавая своего литературного Франкенштейна, бро кукуратор попытался уподобиться одновременно фараону Рамзесу Второму, метившему своим клеймом чужие храмы, и Гольденштерну, по настроению переписывающему историю…

– Но самое пикантное в том, что после переезда на восьмой таер бро кукуратор воспользовался услугой «задержка памяти» – и уже не помнит, что был когда-то Шарабан-Мухлюевым. По рассказам бригады лейб-медиков, он каждое утро слушает анекдот в исполнении нейросети, имперсонирующей писателя – но не понимает, откуда у него эта привычка… Иногда бро кукуратор отключает «задержку памяти», вспоминает все, дает баночным опричникам приказ усилить внедрение Шарабан-Мухлюева в массы – и забывается опять…"