March 21st, 2021

звезда

Мой герой ускользает во тьму

Борис Рыжий

Мой герой ускользает во тьму.
Вслед за ним устремляются трое.
Я придумал его, потому
что поэту не в кайф без героя.Я его сочинил от уста-
лости, что ли, еще от желанья
быть услышанным, что ли, чита-
телю в кайф, грехам в оправданье.Он бездельничал, «Русскую» пил,
он шмонался по паркам туманным.
Я за чтением зренье садил
да коверкал язык иностранным. Мне бы как-нибудь дошкандыбать
до посмертной серебряной ренты,
а ему, дармоеду, плевать
на аплодисменты.Это, — бей его, ребя! Душа
без посредников сможет отныне
кое с кем объясниться в пустыне
лишь посредством карандаша. Воротник поднимаю пальто,
закурив предварительно: время
твое вышло. Мочи его, ребя,
он — никто. Синий луч с зеленцой по краям
преломляют кирпичные стены.
Слышу рев милицейской сирены,
нарезая по пустырям.
звезда

Дерево Иуды

Пересмотрела свои версии и придумала новую к песне БГ"МахаМайя"

Вот лежит дорога столбовая
В чистом поле
Дорога из одного ада в другой
А поодаль в поле дерево
С железными ветвями
Кто глядит с него - догадайся сам

Ох, папайя- маракуйя
Нависелся на суку я
Рвал рубаху на груди тоскуя
Да кричал с похмелья жуткого


Предполагаю, что речь идет об Иуде Искариоте, который "удавился" - повесился на дереве.


Фреска Джованни Канавезио «Повешенный Иуда»


Хотя ни один библейский источник не указывает, на чем повесился Иуда, во многих народных мифах фигурирует «Иудино дерево». Восточные славяне отвели эту роль осине, очевидно, не зная, что в Палестине она не растет.

В словаре Даля середины XIX века написано: «Осина проклятое дерево, на нем Иуда удавился, и с тех пор на нем лист дрожит. На осине кровь под корою; кора, под кожицей, красновата».

Листья осины сравнивают с монетами - м.б. поэтому БГ назыввает его железным деревом. Когда шумит ветер, листья осины издают металлический звук.Латинское название Осины обыкновенной – populous tremula, что в буквальном переводе с латинского языка означает «дрожащий человек».
звезда

В день поэзии

Мне судьба — до последней черты, до креста
Спорить до хрипоты (а за ней — немота),
Убеждать и доказывать с пеной у рта,
Что не то это вовсе, не тот и не та,
Что лабазники врут про ошибки Христа,
Что пока ещё в грунт не влежалась плита.
Триста лет под татарами — жизнь ещё та:
Маета трёхсотлетняя и нищета.
Но под властью татар жил Иван Калита,
И уж был не один, кто один — против ста.
{Пот} намерений добрых и бунтов тщета,
Пугачёвщина, кровь и опять — нищета...
Пусть не враз, пусть сперва не поймут ни черта, —
Повторю даже в образе злого шута.
Но не стоит предмет, да и тема не та:
Суета всех сует — всё равно суета.
Только чашу испить — не успеть на бегу,
Даже если разбить — всё равно не могу;
Или выплеснуть в наглую рожу врагу?
Не ломаюсь, не лгу — всё равно не могу;
На вертящемся гладком и скользком кругу
Равновесье держу, изгибаюсь в дугу!
Что же с чашею делать?! Разбить — не могу!
Потерплю — и достойного подстерегу.
Передам — и не надо держаться в кругу
И в кромешную тьму, и в неясную згу.
Другу передоверивши чашу, сбегу!
Смог ли он её выпить — узнать не смогу.
Я с сошедшими с круга пасусь на лугу,
Я о чаше невыпитой — здесь ни гугу,
Никому не скажу, при себе сберегу,
А сказать — и затопчут меня на лугу.
Я до рвоты, ребята, за вас хлопочу!
Может, кто-то когда-то поставит свечу
Мне за голый мой нерв, на котором кричу,
И весёлый манер, на котором шучу...
Даже если сулят золотую парчу
Или порчу грозят напустить — не хочу!
На ослабленном нерве я не зазвучу —
Я уж свой подтяну, подновлю, подвинчу!
Лучше я загуляю, запью, заторчу,
Всё, что ночью кропаю, — в чаду растопчу,
Лучше голову песне своей откручу —
Но не буду скользить, словно пыль по лучу!
...Если всё-таки чашу испить мне судьба,
Если музыка с песней не слишком груба,
Если вдруг докажу, даже с пеной у рта, —
Я умру и скажу, что не всё суета!
...........................................
............1977 В.Высоцкий