January 15th, 2021

звезда

«Если не пишется, не надо литературно мастурбировать»

интервью с Владимиром Сорокиным, 29 августа 2019

— К слову о затворнике в темных очках: в книге вы пишете, что не виделись с Виктором Пелевиным лет 13. Как проходили эти встречи, и какие у вас с ним отношения?

— К Виктору я по-прежнему отношусь с большим уважением: он крупный писатель. Виделись мы считанные разы. Мне показалось, что он довольно закрытый человек — никаких доверительных отношений за рюмкой сакэ у нас не сложилось. Ну и потом: когда мы с ним ходили в Токио в суши-бар, он уже был трезвенником.

— В 2013-м сначала он прошелся по вам в «Бэтмане Аполло», а потом вы по нему — в «Теллурии». Получается, следите за его новыми книгами?

— Да, я бы сказал, это был обмен бумерангами. Если крупный писатель метает в тебя бумеранг, надо облизать его, посыпать крупной солью и метнуть назад посильнее. По поводу новых книг Виктора: я привык к сильным наркотикам и люблю, чтобы литература потрясала. В «Чапаеве и Пустоте» и других ранних вещах Пелевина были такие страницы. Но он год за годом пишет как бы одну книгу, и мне понятно, как она сделана. Увы, меня это уже не завораживает. И я желаю написать ему еще одну потрясающую книгу.

Collapse )
звезда

Синдром ММ

Дело в том, что у меня синдром Мерилин Монро. То есть, как истинно хорошая, умная и красивая «девочка» я способна влюбляться исключительно в плохих «мальчиков», которым совершенно не нужна, которые меня абсолютно не ценят, мучают и, образно говоря, вытирают об меня ноги. И чем хуже «мальчик», и чем меньше я ему нужна, тем сильнее страсть. И так было всю мою уже достаточно долгую и далеко не безгрешную жизнь. И каждый последующий «мальчик» был еще хуже предыдущего. А последний был настолько плох, а я была настолько раздавлена и опустошена, когда он меня окончательно бросил, что пришлось даже искать помощи у шаманки. Все это было бы, наверное, грустно, если бы не было так смешно, учитывая, что «девочка» -то в предклимактерическом уже почти возрасте.

О синдроме, о том, что он существует, и о том, что я такая не единственная, я узнала совсем недавно. После того, как совершенно обессиленная от невыносимых страданий, вызванных разрывом с последним «плохишом», я случайно, пытаясь найти утешение в интернете, забрела на форум транссерферов, последователей теории Зеланда.

В свое время книга Вадима Зеланда «Транссерфинг реальности» очень помогла мне выйти из тяжелой депрессии, вызванной похожей ситуацией. И сейчас я вспомнила об этом и разыскала в интернете его авторский сайт. Там я обнаружила форум и множество интересных тем. Клюнув на красивое название «синдром Мерилин Монро», я заинтересовалась, почитала посты и поняла: похоже, это про меня… очень похоже… да что там похоже, тут прямо всё в точку!.. И я скачала из интернета книгу, название которой было позаимствовано для заголовка темы.

Потом несколько вечеров подряд в процессе чтения я узнавала себя всё больше и больше. Я и рыдала, и истерически хохотала, и задыхалась от ужаса и стыда, и в конце концов четко поняла: да, несомненно, это мой диагноз. Оказывается, то, что я всю свою жизнь принимала за настоящую любовь – это и не любовь вовсе, а болезнь. Именно так было написано в книге. Роковая страсть и патологическая привязанность, очень похожая на наркотическую зависимость. А любовь – это что-то совсем другое. И этому мне еще предстоит научиться. Если, конечно, выживу… и не попаду в психушку…

Для моей подруги Инги, которая привезла меня сегодня к шаманке, все это открытием не было. Она давно уже дала мне очень четкое определение. Как-то в компании нескольких приятельниц она пророчески высказалась:

– Вот поставь перед Стаськой 10 мужиков всяких разных, среди которых будут и красавцы, и умники, и одаренные, и самые что ни на есть достойные, так она из них выберет самого проблемного и с самым мерзким характером, будет его сначала упорно добиваться, потом, добившись, долго с ним возиться, всячески помогать, жить его интересами, жертвовать собой, и в результате останется у разбитого корыта. Тоже абсолютно в точку, лучшего определения мне дать было просто невозможно.

Также не было для Инги открытием и то, что последний мужчина моей мечты по имени Виталик, откровенно меня использовал. А я с удовольствием позволяла ему это делать. Целых два года. И не только позволяла. Активно ему в этом помогала. Прописала его в своей амстердамской квартире, всячески ублажала, холила и лелеяла, пылинки сдувала, жарила, парила, варила борщи, регулярно баловала расслабляюще-эротическими массажиками, возила за свой счет в отпуск, прощала ужасные вещи, закрывала глаза на откровенно хамское поведение, иждивенчество, постоянный флирт с женщинами и многочисленные измены…

Даже к психиатру его водила, потому что не могла поверить, что здоровый человек может так себя вести… Диагноз звучал неутешительно: типичный нарцисс с выраженными признаками социопатии. Но меня это не остановило. Ведь кто же ему еще поможет, если не я? Ведь ему, бедняге, так тяжело, наверное, жить на свете с таким характером. Он, должно быть, и сам себе не рад…

И я продолжала его ублажать. Очень старалась. Все надеялась, что он разглядит, какая я хорошая, поймет, что лучше меня ему все равно не найти и… полюбит меня. То, что он не любит, я при всей своей одурманенности и влюбленной слепоте все-таки понимала. Но ничего, наивно думала я, моей любви хватит на двоих, она ведь безусловная. Мне ничего от него на нужно, кроме него самого. В конце концов я растоплю своей любовью его ледяное сердце, его глаза откроются, он, наконец, оценит меня и поймет, что мы созданы друг для друга. И тогда мы заживем долго и счастливо и умрем в один день.

Вот такую приторно сладкую сказочку я себе сочинила… Все это очень типично для женщин с синдромом Мерилин Монро, это я потом из книжки узнала… Я просто из кожи вон лезла, чтобы ему угодить. Но все мои старания оказались напрасны. Он меня все-таки бросил. Правда, потом в течение полугода еще пару раз возвращался, и я его безропотно принимала, но в конце концов ушел окончательно. Со страшным скандалом и массой оскорблений в мой адрес. Ушел к другой женщине. Не намного меня моложе, но зато более состоятельной.


___________________________________________________

Как избавиться от синдрома ММ. Исповедь эмигрантки
Ольга Щекотинская

Психологическая драма о поисках себя, оcнованная на реальных событиях. В этой книге есть всё – и тяготы эмиграции, и переоценка ценностей, и душевные терзания героини, связанные с попытками избавиться от любовной зависимости, и опыты по расширению сознания, и йога, и тантра, и путешествие в Таиланд в поисках духовности. Изменить себя возможно – это доказывает история героини. Эта книга, без сомнения, поможет многим женщинам по-новому взглянуть на себя и осознать причины своих любовных неудач.

_____________________________________________________

вчера начала читать
и что-то перекликается с НС Пелевина - все женщины едут в Таиланд за Просветлением

роман как бы женский
но вспоминая наш конкурс, подумала что и мужчины могут страдать таким синдромом, принимая свою зависимость за Большую Любовь
от настоящей любви - не страдают, она счастье и свет, дает силы и радость
ушанка
  • daosden

Випассана и мятые трусы ༄

Как нам выполнять практику випассаны? Важно, чтобы мы не думали: «О, эта стена пустотна, эта стена не существует». Это же абсолютно откровенная ложь! Вы обманываетесь. Это совсем не так. Вы не можете просто представить: «У меня нет носа, у меня нет уха». Это неправильно. Это не пустотность. Это чистое «нет». Совсем не то «нет», что было у Раджниша (Ошо), в котором сто тысяч «да».
Почему же мы в итоге воспринимаем иллюзию как реальность? Потому что мы отвлекаемся. Когда продолжительное отвлечение набирает силу, иллюзия в конце концов начинает казаться реальностью. Вот что происходит. Поэтому отвлечение является ключевым препятствием к пониманию пустотности.
Итак, как же нам справляться с отвлечением? О чём бы вы ни думали, просто знайте это. Если вы начинающие, то это могут быть короткие промежутки практики. Если вы продолжите замечать, осознавать, отдавать себе отчёт в этом мгновенном уме снова и снова, то мысли перестанут вас запутывать.
Поток мыслей больше не будет течь так легко, как прежде, ему будет труднее происходить. А сейчас он течёт очень легко. Мне на ум приходит лишь грубый пример, не могу придумать ничего получше, так что поделюсь им с вами. Представьте, что вы писаете, а кто-то в этот момент на вас смотрит. Ваш мочевой пузырь настолько переполнен, что у вас не остаётся другого выбора, хотя кто-то и смотрит на то, как вы писаете. В этот момент поток вашего мочеиспускания прервётся, понимаете? Когда же в этот момент на вас никто не смотрит, то вы писаете в одну сторону, в другую, напеваете песни и всё такое. Но я не прошу вас прекратить писать. Я ни разу не просил остановить мысли. Я лишь говорю: присутствуйте там.
И что тогда произойдёт? Ваша крепкая хватка и одержимость такими явлениями, как плохое, хорошее, правильные поступки, неправильные поступки, ценности, – всё это станет более расслабленным. Сейчас же вы совсем не расслаблены, а настолько одержимы, что даже гладите своё нижнее бельё. Вы наглаживаете свои трусы. Я знаю людей из присутствующих здесь, которые навязчиво наглаживают свои трусы. Такие люди просто не знают, что мятые трусы - это пустотность, а пустотность - это мятые трусы, понимаете?
В силу этого незнания, когда они видят мятые трусы, их просто передёргивает, они не могут их надеть, потому что видят все эти складки. Так что если вы продолжите выполнять випассану, то однажды уже станет неважным, поглажены они или нет. Ещё через несколько лет не будет иметь никакого значения, постираны они или нет. А ещё через несколько лет вам будет всё равно, есть ли на вас нижнее белье вообще. А вот когда вы достигнете этого уровня, то уже будете стирать и гладить их, но для чего? Чтобы принести пользу другим. Потому что другие хотят выглаженные трусы. Другие хотят постиранные, хрустящие, чистые трусы. Так что именно для них вы будете стирать и гладить, для них. И к тому времени это будет вас уже забавлять. Это так весело!
Так что когда этот человек знает, что мятые трусы - это пустотность, а пустотность - это мятые трусы, а мятые трусы есть не что иное, как пустотность, и пустотность есть не что иное, как мятые трусы, то я скажу, что такой человек достиг бхуми под названием «бхуми трусов». Думаю, если вы будете выполнять випассану каждый день, например, по полчаса, то достичь такого бхуми можно будет за 3 года. И это также порадует остальных: вашего мужа, домработницу, жену: «Ну, наконец-то настал покой - этот парень отстал от меня со своими мятыми трусами». Как видите, это приносит очень много пользы! "

~ Дзонгсар Кхьенце Ринпоче
2017 год, Катманду.
звезда

Приключения Коки и Сироттки

Стояла глубокая ночь. Светофор на перекрёстке однообразно мигал жёлтым светом. Кока и Сиротка сидели в машине напротив пелевинского дома, неспешно прихлёбывая крепкий кофе из пластиковых стаканчиков. В радиоле тихо звучал блюз. На заднем сиденьи валялся журнал наблюдений, распахнутый на странице с корявой надписью: "23:18 - выглянул в окно сквозь щёлку штор, взгляд был испуганный, из быстро жующего рта торчал краешек салатного листа. 23:21 - свет погас. 23:22 - штора ещё раз едва заметно шевельнулась."


- Ёлы... сейчас, прикинь, прямо с открытыми глазами сон увидел, - медленно сказал Сиротка, забыв стаканчик в дрожащей руке у раскрытого рта и глядя стекленеющим взглядом перед собой, - типа это не светофор, а попугайчик, только очень большой. И он на что-то головой так показывает и подмигивает.
- Да... - многозначительно протянул Кока, безуспешно пытаясь моргнуть с помощью нахмуривания бровей и одновременного вытягивания губ в трубочку, - да-а-а....
- Что да? - Сиротка повернулся к Коке всем телом, вместе со стаканчиком, судорожно сжатым в кулаке. Коке всё-таки удалось моргнуть. Теперь ему требовалось открыть глаза. Используя обе руки и руль, он решил и эту проблему.
- Мы что-то вымотались, брат, - сказал Кока, - а результатов мало.
- Это ты? - подался Сиротка вперёд. Стаканчик мелко дрожал возле его рта. - Фуфф... Мне показалось, что ты попугайчик... Только большой...
- Тыт...ттытт...ттвою мать-то! - Кока ещё раз моргнул, но лишь одним глазом, и теперь напоминал Кутузова, - Надо как-то выбираться отсюда.
- Но как?! - воскликнул Сиротка со слезами в голосе, - я уже всё себе отсидел, не могу пошевелиться. А бензин ещё прошлой ночью кончился... Давай кому-нибудь позвоним, чтобы нас отсюда вытащили!
- Три часа утра, неудобно будить людей, - пробормотал Кока, - подождём рассвета.
- Тогда я посплю немного, - вздохнул Сиротка.
- Спать нам нельзя, брат. Замёрзнем нахрен. Бензина-то нет.

Сиротка тихо заплакал, и стаканчик возле его лица неожиданно пригодился для капающих слёз.
- Ты не плачь, брат, - ободрил его Кока, - продержимся. Лучше давай, расскажи что-нибудь интересное.
Сиротка наклонился и коленкой размазал слёзы по щекам:
- Что я могу интересного рассказать? Я ведь обычный лох, которого никто не любит. Научи меня, как быть таким же крутым и офигенным, как ты, Кока! Почему все тётки везде сразу западают на тебя? Почему все крутые чуваки сразу корифанятся с тобой?
- Этому не научить, брат, - ответил Кока, - я просто суперкрут, и тут ничего не попишешь. Такой уж я есть. Но почему бы тебе не стать, например, хотя бы таким, как Пелевин?

- Ёлы!.. Я бы с радостью! - воодушевился Сиротка, - но у меня чуть-чуть таланта не хватает. (Его губы опять стали подозрительно дрожать и кривиться, предвещая новую порцию рыданий.)
- Слушай, да это всё фигня на самом деле, - поморщился Кока, - фигня для лохов, которую мы, писатели, специально втираем, чтобы запугать конкурентов. Понимаешь? На самом деле написать книгу просто, как два пальца... Есть простейшая методика. Всё, что нужно, это три игральных кубика, любая вообще книга, ну и, естественно, ручка с бумагой. Дальше дело техники. Вот смотри... (он покопался в бардачке и вытащил потрёпанный путеводитель по Золотому Кольцу России) Так... Допустим, я кидаю кубик... И допустим, выпала цифра...
- Четыре! - азартно подсказал Сиротка.
- Да. - согласился Кока, - открываем четвёртую страницу. Кидаем следующий кубик. Допустим, опять четыре.
- Нет, пусть три! Пусть три! - заныл Сиротка.
- Да без разницы. Отсчитываем третью строку. Бла-бла-бла... Вот! "Гусь-Хрустальный"!
- И что? - не понял Сиротка.
- Мы нашли подлежащее для предложения, вот что, - терпеливо пояснил Кока, - теперь нужен глагол, сказуемое. Кидаем третий кубик. Допустим, цифра шесть... Ага, вот... "Осматривать"!
- Гусь-Хрустальный осматривать? - опробовал Сиротка на звук получившуюся фразу, - хм...
- Ну, немного и мозгами надо работать, - усмехнулся Кока, - во-первых, оставляем просто гуся. Гусь осматривает... осматривает что-то... или лучше смотрит куда-то...
- Давай ещё кубик бросим и узнаем, куда! - оживился Сиротка.
- Можно и бросить, конечно, - кивнул Кока, - но я открою тебе ещё один секрет. У каждого писателя должен быть свой небольшой набор определённых символов. Типа "башня", "поезд", "дорога", "стена"... В таком роде. И их надо время от времени везде, где можно, впихивать. Например, тут: гусь смотрит куда? на башню. Или из башни. В окно смотрит. И сразу появляется какой-то как бы подсмысл глубинный. Врубаешься?
- Да... - мечтательно протянул Сиротка.
- Но предложение не должно быть таким маленьким, - продолжал Кока, - неплохо бы описать немного этого гуся, объяснить причину или цель его действия. Зачем он смотрит в окно?.. Но для начала ищем прилагательное. Какой он, этот гусь? Тр-р-р-р страничками, вот здесь, допустим... Ага... имени Розы Люксембург... Хм...
- Роза! - восторженно воскликнул Сиротка, - Роза значит "розовый"! Розовый гусь смотрит в окно!.. Но зачем?..
Кока хлопнул себя ладонью по ноге:
- Хочет понять, почему так темно!
- Круто. - согласился Сиротка. - Даже в рифму получилось.
- А что, может быть, и поэма выйдет, - сказал Кока. - Теперь второй этап. Нам нужно логическое продолжение. Если гусь смотрит в окно, он что-то должен там увидеть. Кидаем кубик...
- Нет, погоди, - остановил его Сиротка, - и так же ясно, что он видит! За окном темно, в комнате у гуся светло. Он видит своё отражение, как в зеркале. Видит гуся, который смотрит в окно. Чтобы понять, почему так темно.
- Брат, ты сейчас родился как писатель! - восхищённо произнёс Кока, - ты хоть представляешь, какая глубина в этом образе? Какая силища! Гусь хочет понять, почему за окном темно, а видит не тьму, а своё "Я", которое ищет эту тьму. Но где тогда тьма?
- Где? - с надеждой спросил Сиротка.
- Её нет, брат. - ответил Кока. - Есть только свет. И окно с отражением гуся. Гуся, который тоже лишь отражение. Отражение отражения!
- О... Это очень глубоко, брат!.. - сказал Сиротка, это как с тем вопросом про курицу и яйцо... Так и здесь... Кто появился раньше? Гусь перед окном или отражение гуся в окне, его, так сказать, идея... вызвавшая к реальности самого гуся...
- Мы из этого песню сделаем, брат. Гимн нашей Секты! - сказал Кока и тихо запел приятным баритональным тенором: