August 20th, 2020

звезда

7 дней

Осталось до выхода нового романа В.Пелевина.
Ожидаются наезды на автора в ру-пе.
Нужно ли нам вмешиваться ? Или жить самим по себе в бездне? Что скажите?
Соо ру-пелевин стал площадкой анти ПВО, мне тоскливо, что именно я приделала туда надпись - соо благодарных читателей. Нет там благодарных давно. А НВ просто кинул меня, обманул - обещал удалить этот подзаголовок.
НВ проявил себя как редкостно двуличный и лживый человек, Молчалин- подхалим. Он всегда будет угождать начальству. И удобным ему людям. И писать против Пелевина всегда!! О любом романе НВ писал лишь гадости.
Это не иное мнение НВ, а вполне так сложившаяся демагогия.
Демагоги пытаются исказить смысл творчества Пелевина. Им на руку все, что попадает под руку - они используют все и всех. Это натурально птицы.
звезда

Кувырок мышления

Страдание имеет положительные стороны.

— Шантидева, «Бодхичарьяватара»


Четвёртая благородная истина, Истина о пути, учит нас: для того чтобы покончить со страданием, необходимо отказаться от двойственных привычек восприятия и иллюзий, которые их поддерживают, — и сделать это не путём борьбы с ними или их подавления, но путём объединения с ними и их использования. Дуккха, хоть она и проявляется, служит нам проводником на пути, который в конечном счёте ведёт к обнаружению её источника. Глядя ей прямо в лицо, мы начинаем её использовать, вместо того чтобы становиться её жертвой.

Поначалу мы, возможно, увидим только лишь неясное смешение мыслей, чувств и ощущений, проносящихся так быстро и бурно, что невозможно отличить одно от другого. Но, приложив чуточку усердия и терпения, мы начнём видеть всю панораму представлений, позиций и мнений, большинство из которых на первый взгляд кажутся довольно основательными, осязаемыми и прочно опирающимися на реальность. Да — думаем мы — именно так всё и обстоит.

Но, продолжая наблюдать, мы начинаем замечать в них кое-какие трещины и щели. Быть может, наши представления не так уж прочные, как нам казалось. Чем дольше мы на них смотрим, тем больше слабых мест мы замечаем, пока в конце концов вся совокупность убеждений и мнений, на которые опирается наше понимание самих себя и окружающего нас мира, не начинает рушиться. Понятно, когда такое происходит, мы можем впасть в растерянность и замешательство. Однако, когда пыль начинает оседать, мы оказываемся лицом к лицу с гораздо более прямым и глубоким пониманием собственной природы и природы реальности.

"Радостная мудрость, принятие перемен и обретение свободы"
Мингьюр Йонге
звезда

Розыгрыши:)

Читай-город

Разыгрываем подарочное издание для ценителей Виктора Пелевина!
«Повести и эссе» Виктора Пелевина – прививка русского дзена. Если вы давно хотели разобраться, где берёт истоки самая буддисткая проза из всех постмодернистских на российском поле или просто соскучились по метафизическим 1990-м, этот сборник для вас. Тот самый Пелевин, каким мы его полюбили.

звезда

Из Книги Рун

Дмитрий Воденников.


Турисаз (руна недеяния, врата)

Вся наша жизнь — это только погоня за счастьем,
но счастья так много, что нам его — не унести,
до смерти осталось 2-3 незначительных связи,
до смерти не будет уже ни одной настоящей любви.

_________

Чем дольше живешь на этом свете, тем яснее понимаешь, что счастье — это то, что всегда с тобой. Мы просто забыли (я — забыл, ты — забыла, они — забыли, но вот я вспомнил теперь и не забуду уже никогда), что счастье — это почти как спички: что оно всегда с тобой — просто сейчас они завалились в карман или за подкладку. Но оно все равно ЗДЕСЬ. И ни от кого не зависит.

Ни от чужой любви, ни от нашей удачи, ни от нашего положения дел, ни от нашего не-одиночества. Оно — ПРОСТО ЕСТЬ.
Даже если мы часто бываем несчастны.
Это наш внутренний остов, скелет, состав крови, кальций в наших костях и постоянный бэкграунд в наших ироничных умах. Только не забывай: что счастье так пронзительно и в своей сути так невыносимо, что когда человек его испытывает, он начинает крутиться, как Шарик, которому на шею привязали гремящую консервную банку. Крутиться, чтоб только это счастье с себя скинуть. Потому что счастье всем видно (а значит позорно), потому что оно очень громкое и непривычное (а значит, мешает спать, точнее: даже лежать мешает)… Потому что тебе от него — никуда не деться.



Хагалаз (град, разрушение)


Настоящая радость резонирует на уровне горла,
а тяжелое чувство и нежность — резонируют на уровне сердца.
Я сегодня это заметил, разговаривая по телефону.
…опустевшее мое глупое горло,
переполнившееся моё сердце

Во всех этих мучениях любви (всех этих злорадных кошачьих играх с другим человеком, вполне дебильных и детских) — самое главное и сладостное знать, что чужое терпение небесконечно.
«Время рассудит» (чего оно там рассудит? — запорошит и всё), «время залечит», тебя забудут, отпустят, простят, перестанут любить…
И почему-то это самое блаженное во всех наших убогих играх.
Никаких резонов. Одно веселое зверство.
Если ж представить, что ты мучаешь человека как бы навек, как в тысячелетнем рабстве, без всякой возможности тебе отомстить (полным потом равнодушием) — вот тут уже тухло всё. Скучно. Погано. Как с ухом — больным.

Нет.
Только так — на границе будущего забвенья.
В ожидании, через лет 5 или 6, на пограничной полосе.
Вот тогда — радость бытия.
И воздух свежее, и солнце ярче, и небо — аквамарин.

— Смотри, туча на дальней границе моего королевства начинает потихоньку пожирать мир. Значит, можно попробовать построить новый.
— Если получится, мой король.


Беркана

Знаешь, что я тебе скажу: у каждого своя особая рана.
Объяснить ее нельзя: границы, края — всё это чувствуешь (еще бы не чувствовать), но вот рана чего (какого имени, какой розы, какого цветка или хрена) и откуда она — сказать невозможно.
Поэтому всё напрасно. Но мне еще Е.С. говорила: «у тебя странные реакции: иногда о тебе говорят грубые вещи и кажется, что ты должен взорваться, а ты смеешься, а иногда ну сказал человек глупость или пошлость, или умность (разницы нет), но в любом случае — так, среднюю, ничего, в сущности, обидного: ну не понимает или понимает иначе, ведь на самом деле неважно — а ты взрываешься. И как будто заболеваешь».

…потому что рана.
Причем она явно старая, наработаннная (натертая). Всеми дураками, всеми умными, всеми «прекрасными» и «ужасными»… С коростой. Да и болит как-то паршиво: по-старому (уже хорошо ведомой болью и беспомощностью), но каждый раз — сильно. Объяснять мне это некому. Говорить об этом не стоит. Однако я говорю. Потому что болит всегда то, что должно болеть.
А потом — бац! — и цветёт.
звезда

Тайные виды

Джанами называются первые четыре уровня глубокого медитативного сосредоточения (самадхи). Они же составляют последний, 8-ой фактор Благородного Восьмеричного Пути – «Правильное Сосредоточение».

Джана достигается на основе медитативных практик сатипаттханы, то есть 7-го фактора Пути. В состоянии джаны полностью преодолены пять помех, ум всецело настроен на единственный объект медитации, а также обладает огромной мощью, чистотой, остротой и ясностью распознавания, благодаря чему джана идеально подходит для прозрения (випассана), ведущего к реализации высшей цели буддизма. Кроме того, без джаны невозможно достичь не только полного просветления, но даже и уровня не-возвращения.

Джана – крайне труднодостижимое состояние, и в текстах она иногда называется «сверхчеловеческим феноменом».


...За счастье первой джаны приходилось бороться, постоянно напоминая себе, что борьба за него не нужна. В общем, трудно это объяснить, но умом все еще приходилось управлять, причем весьма хитрым образом. И тогда я задумался – а почему бы не войти в это блаженство глубже? Так глубоко, чтобы не было нужно балансировать на его краю, постоянно устремляя к нему ум? И как только я увидел такую возможность, это немедленно произошло. Блаженство осталось тем же самым, но теперь ему уже ничто не угрожало. Оно никуда не ускользало, за ним не надо было гнаться. Оно было надежным и вездесущим, его источник находился со всех сторон сразу – я словно отпустил наконец костыли, на которых приковылял в это дивное место. Можно было не держаться ни за что. Усилие больше не требовалось. Прежде я не мог поверить, что может существовать что-то лучше первой джаны – и как же было посрамлено мое маловерие! Такое сравнение, наверно, неизбежно: до этих опытов я действительно думал, что сильнейшее из наслаждений, доступных человеку (во всяком случае, мужчине) – это акт любви. Так вот, если взять самое интенсивное и яркое из испытанного мной в этой области то…

Вот если бы можно было усилить оргазм до полной невыносимости, заполнить им все тело и душу, убрать из него судорожную суетливость и заменить неподвижным спокойствием, а потом растянуть на час или два, получилось бы нечто… Впрочем, нет. Это уподобление хромает. Любовный экстаз – это узкая щелка для подглядывания, peep show, где в лучшем случае есть секунда, когда виден уголок первой или второй джаны. Оргазм напоминает обещание, которое природа дает – и тут же берет назад. А в джане не было никакого обмана, и если первая тоже отчасти была обещанием, то вторая была исполнением этого обещания. Если первая джана походила на приближение к солнцу, то вторая напоминала погружение в его глубины. Но это солнце не жгло – оно было очаровательно прохладным, и сделано было не из огня, а из счастья. Вихри невыразимого наслаждения подхватывали меня и нежно передавали друг другу; в этом сосредоточенном восторге была такая мощь, такая глубина, такая надежность…

Мне даже интересно стало – насколько сильным может быть блаженство? Да каким угодно, как бы ответила джана, любым, какое ты можешь выдержать, не сгорев. И я окунулся в восторг, который просто нечем было измерить. Я и подумать не мог, что такое бывает. Наркотики? Господи, да какие к черту наркотики. Конечно, как и с оргазмом, отдаленное сходство можно найти: еще одна замочная скважина, сквозь которую можно подглядывать. Только на всех знакомых человеку замочных скважинах гроздьями сидят черти и тычут оттуда в глаз ржавой вязальной спицей. Смешно даже сравнивать. Из моего рассказа может показаться, что джана – это какое-то неспокойное состояние, где то и дело что-то меняется. На самом деле оно абсолютно спокойное и неподвижное, очень ясное, и всякие поползновения ума что-то подумать становятся тут же видны. Мысли прячутся от джаны как летучие мыши от дневного света, и время там идет совсем по-другому. Я уже говорил, что в этом состоянии меня то и дело посещали разного рода мимолетные постижения (саядо назвал их «инсайтами»), которые, однако, не превращались в поток мыслей – все становилось ясно сразу же, и обмусоливать постигнутое не было никакой необходимости. Ум оставался неподвижно прикованным к джане. Мне даже трудно называть подобные постижения своими – может быть, это были мнения саядо Ана, занесенные в мою голову сквозняком джаны. Одно из таких быстрых пониманий-инсайтов показалось мне интересным, когда я вспомнил его после опыта.

Постараюсь сейчас его расшифровать. Мы почему-то думаем, что «жизнь» должна опираться на органику, на разных червей и обезьян, ползающих по поверхности громадных каменных шаров. И других вариантов мы просто не видим. До такой степени, что у нашего Бога есть свойственный приматам волосяной покров – борода, за которую его то и дело хватают отважные человеческие мыслители. Но «жизнь» – это просто переживание ограничений и обязательств, накладываемых материей на сознание. Сцепление одного с другим на некоторое время. И происходить это сцепление может любым способом, какого только пожелает сознание, выдумавшее эту самую материю для своего развлечения. Так вот, я не зря сравнил вторую джану со звездой: мне показалось, что похожие состояния переживает ум, сцепленный со звездной материей. Эти космические джаны длятся, с нашей точки зрения, почти вечно: невыразимый восторг горения голубой звезды, спокойная радость желтого солнца, снисходительное довольство красного гиганта…

Звезды ведь горячи только для нас. Сами для себя они полны прохлады, и в сердце их бьет ключ вечной радости. И еще – звезды не думают. Оно им не нужно. Думаем мы – о том, как бы нам, это, стать звездой. Долгая практика джан, понял я, создает причины для того, чтобы оказаться потом в этом звездном измерении. Когда ум хорошо с ним знаком, не надо даже молиться небесному начальству – все произойдет самым естественным образом. Я не знаю, что это за измерение и
звезды это на самом деле или что-то иное, но понимание было отчетливым и ясным, как и прочие настигшие меня инсайты...