October 1st, 2018

ушанка
  • daosden

Сущность ума. Випашьяна

Ярлыки «мой ум» и «моё сознание» — всего-навсего сло­ва, а когда мы думаем о них, у нас появляется смутное представление о том, что они значат. И даже тогда это не сам ум, а просто понятие, смутное представление о том, что такое ум. В Махамудре под випашьяной подразумевается не исследование понятия, а созерцание того, чем на самом деле является ум, — пробуждённое и осознающее чувство, которое присутствует постоянно и очень ясно. Когда бы мы ни посмотрели, мы не можем не обнаружить, что у ума нет никакой формы, никакого цвета и облика — никакого вооб­ще. Из-за этого у нас может появиться идея: «Значит ли это, что ума нет? Может быть, ум не существует?» Но, если бы в теле не было сознания, тело превратилось бы в труп и не выжило. Однако мы можем видеть и слышать, понимать, что мы читаем, — мы можем быть уверены в том, что ещё живы. Правда состоит в том, что ум пустотен, не обладая ни формой, ни цветом, ни обликом, но, в то же время, у него есть способность познавать, качество восприятия. Эти два аспекта — пустотность и способность воспринимать — на самом деле представляют собой неделимое единство.

Ум функционирует как непрерывное присутствие вос­приятия. Мы не исчезнем внезапно, если у нас закончат­ся мысли; ведь качество способности воспринимать — это то, что длится непрерывно. Что же такое этот ум на самом деле? Как он выглядит? Если ум существует, то каким об­разом он существует? Есть ли у ума какая-то характерная форма, цвет и тому подобное? Нам просто следует повни­мательнее посмотреть на то, что воспринимает, как оно выглядит, чтобы точно понять, что представляет собой ум.

Второй вопрос — где этот воспринимающий ум нахо­дится? Внутри тела или снаружи? Если он находится снару­жи, то где именно? В каком-то конкретном объекте? Если он находится внутри тела, то в каком месте? Охватывает ли он всё тело с головой, руками, ногами и прочим? Или он находится в каком-то конкретном месте: голове, верхней части туловища или нижней? Где именно? Таким образом, мы исследуем до тех пор, пока нам не станет ясно всё в от­ношении точной формы, местонахождения и природы воспринимающего ума. Затем, если мы не сможем найти какой-либо субстанции или дислокации, мы придём к вы­воду, что ум пуст. Но вещи могут быть пустыми в разных смыслах. В одном смысле ума просто может не быть вооб­ще. Но ведь мы же не исчезаем, а по-прежнему восприни­маем, и у нас происходит какое-то переживание, так что мы не можем сказать, что ум только лишь пуст. Несмотря на то, что этот ум пустой, он при этом способен воспринимать. Так что же такое, эта пустотность ума?

Исследуя ум таким образом, мы не должны найти некую вещь, которая является пустой, воспринимающей или обладающей формой, цветом и местоположением. Не в этом наша цель. Цель в том, чтобы просто изучить, чтобы уви­деть, каким он является. Обнаружим ли мы, что восприни­мающий ум пуст или свободен от характеристик, или наде­лён познаванием, — и то, и другое прекрасно. Нам просто нужно уяснить, что он собой представляет, и удостове­риться в этом на собственном опыте, а не теоретически.

Если мы взглянем на воспринимающего субъекта, мы не найдём там того, кто воспринимает. Да, мы думаем, но если мы посмотрим на «думателя», пытаясь найти того, кто думает, мы его не найдём. И в то же самое время мы действительно видим и думаем. Реальность такова, что ви­дение происходит без наблюдателя, а мышление случается без того, кто думает. Это то, как есть— такова природа ума. В Сердечной сутре говорится, что форма — это пу­стота, ибо на что бы мы ни посмотрели, оно лишено ис­тинного существования. В то же время пустота — это тоже форма, так как форма может проявиться только пустотной. Пустота — не что иное как форма, а форма — не что иное как пустота. Может показаться, что это имеет отноше­ние только к другим вещам, но если применить подобный взгляд к воспринимающему уму, мы тоже можем увидеть, что воспринимающий — это пустотность, а пустотность и есть воспринимающий (ум). Ум — не что иное как пустотность; пустотность — не что иное как ум. И это не просто игра слов — таково наше основное состояние.

Такая реальность нашего ума может показаться очень глу­бокой и труднопостижимой, но она также может оказаться очень лёгкой и простой, потому что ум не находится где-ли­бо ещё. И этот ум принадлежит не кому-то другому, а имен­но вам — это ваш ум. Он прямо здесь. Поэтому вы можете его познать. Когда вы смотрите в него, вам действительно становится видно, что ум не только пустотен, но и познаёт, воспринимает. Во всех буддийских текстах, комментариях и песнях реализации великих сиддхов это описывалось как неделимое единство пустотности и восприятия, или нераз­делимое пустотное восприятие, или союз пустотного по­знавания. Как бы это ни описывалось, такова наша основ­ная природа. Не мы её создали; она не является результатом нашей практики: она всегда была такой.