daosden (daosden) wrote in orden_bezdna,
daosden
daosden
orden_bezdna

В одной лодке

Представляю вашему вниманию отрывок из интервью с геше Туптеном Джинпой Лангри – одним из самых блестящих буддийских философов современности, главным английским переводчиком Его Святейшества Далай-ламы ХIV , президентом и главным редактором Института тибетской классики, председателем института «Ум и жизнь».
Геше - доктор философии говорит о взаимодействии науки и буддизма.

Вы сказали, что буддизм и наука могут быть совместимы. Меня интересует, как вы могли бы отреагировать на высказывание французского философа науки Мишеля Битболя (Michel Bitbol): «В науке и в буддизме определения того, что считается знанием, а что неведением, диаметрально противоположны». Разве в буддизме неведение определяется не как вера в то, что вещи стабильны и постоянны (а не меняются от одного момента к следующему), что имеют самосущие характеристики и что существуют сами по себе, независимо друг от друга и от наблюдателя? Но эти идеи, обращает внимание Битболь, «как раз и являются исходными допущениями в ежедневной научной работе».

Я соглашусь с Мишелем Битболем в том, что большинство учёных, вероятно, исходят из такой предпосылки, которую буддисты считают заблуждением. Но есть и другие учёные с гораздо более прагматичным взглядом на эти вещи. Они понимают, что это конструкты, ими же созданные. Конструкты применимы для того, чтобы сделать определённые прогнозы и поставить эксперименты, которые затем позволят им сделать то, что ранее было невозможно. То есть, существуют другие учёные, которые воспринимают свои конструкты не как «действительно реальные», но скорее как рабочие модели, помогающие отточить понимание.

И даже с научной точки зрения вопрос, что есть истина, — сложный. В философии науки статус научных истин служит предметом многочисленных дискуссий. Большинство учёных придерживаются абсолютизма и универсализма: «истина есть истина, независимо от нашей позиции». У других же будет иной подход, поскольку сама история науки показывает, что то, что казалось истиной одному поколению, со временем изменялось. Эти учёные скажут, что идея о том, что нечто является истинным, независимо от точки зрения и от какого бы то ни было контекста лишена всякого смысла. Нечто может быть признано истиной только в известных рамках. Именно поэтому в буддизме истинность и ложность рассматриваются в рамках условной реальности, которая учитывает языковые аспекты, общий консенсус и так далее. Когда речь заходит об абсолютной истине, у нас есть пустотность, которая всегда устанавливается посредством отрицания. Вы ничего не можете сказать о ее признаках на языке объектов и свойств.

Я действительно считаю, что вопрос, поднимаемый Мишелем Битболем касательно главного вызова буддизма, — или скептический вопрос, который ставит буддизм в отношении овеществления некоей предельной и абсолютной неделимой составляющей действительности, — может дестабилизировать всю науку. Наука исходит из предположения, что вы можете надстраивать знание на фундаменте того, что было прежде сделано другими, и что хотя вы, возможно, никогда не увидите всю картину целиком, вы неуклонно приближаетесь к полной картине. Буддизм в целом — и особенно мадхьямака (философия срединного пути) — подвергает сомнению обоснованность такого взгляда. Поэтому буддизм, действительно, может бросить вызов всей науке.

С другой стороны, у вас может быть более прагматичное понимание науки. Можно смотреть на неё как на инструмент — просто еще один инструмент, — который помогает людям лучше понять мир и свои взаимоотношения с ним и с помощью которого получаемое знание может вести к пониманию способов функционирования вещей. Тогда вам не нужно брать на себя то онтологическое обязательство, которое для буддистов чревато противоречиями.

Буддизм может бросить еще один вызов — он может предложить иной взгляд на человеческую природу. К примеру, если вы посмотрите, в частности, на буддизм махаяны — и особенно на буддизм Восточной Азии, а также на ветви кагью и нингма тибетской традиции, — то они исходят из идеи, что фундаментальная природа ума не просто чиста, но является благой и просветленной. Внутри вас есть будда; вы просто не знаете этого. Медитация предназначена для того, чтобы счистить наслоения, которые не позволяют ей проявиться, но она уже в вас целиком и полностью — вам не нужно ничего взращивать.

Не все буддийские традиции исходят из такой предпосылки. К примеру, в тибетской традиции гелуг ее нет. Гелугпинцы считают сущностную природу ума чистой. Но они понимают эту чистоту в смысле того, что она «не загрязнена» — они не считают природу чистой в смысле «благой» или «сострадательной». Для них все качества просветления находятся там в виде семени, которое нужно взрастить. Другими словами, речь идет не просто об удалении слоёв, скрывающих внутреннего Будду. Вы должны активно взращивать это семя, поскольку фундаментальная природа ума нейтральна — она не дурная и не благая.

Но такой взгляд на человеческую природу как на благую по сути своей может быть проблемой для науки, поскольку в конечном итоге научное понимание живого существа должно основываться на теории эволюции. Именно эволюция предлагает те рамки, в которых надлежит рассматривать всё, что касается поведения человека и внутренних переживаний. А в рамках этой эволюционной модели идея наличия в нас какого-то светящегося будды не имеет ни малейшего смысла.

Поскольку это означает, что мы по сути своей альтруисты? А это идёт вразрез с пониманием эволюции как системы, в которой каждый сам за себя?
Да, хотя в науке сейчас растёт понимание того, что эгоистическая модель человеческой природы, возможно, является некоторым преувеличением. В любом случае, концепции вроде наличия будды внутри будут конфликтовать с научными предпосылками.

И, конечно же, есть ещё одна область, где будет большой камень преткновения, — это природа сознания. Некоторые философы полагают, что наука никогда не сможет полностью объяснить сознание, и потому называют его «трудной проблемой».

Если наука, какой мы её знаем, не изменится, не думаю, что она когда-либо сможет дать окончательное описание того, что такое сознание. Вся парадигма науки строится с позиции третьего лица. И как можно — в рамках этой парадигмы — вообще ухватить характер сознания, оперирующего от первого лица? Вы можете подбираться к этому всё ближе и ближе, но как вы собираетесь в конечном итоге перейти в позицию, где вы сможете дать всестороннее описание характера субъективного переживания? Какой язык вы собираетесь для этого использовать? Наука должна признать, что сознание оперирует от первого лица, разработав для этого некий научный конструкт, однако весь язык науки ориентирован на третье лицо. Все научные модели в действительности основаны на том, что вы смотрите извне вовнутрь. Это объектно-ориентированный язык и объектно-ориентированное описание. Вдобавок сознание имеет способность к самоосознаванию. При подходе с позиции третьего лица мы никогда не сможем это описать.

В некотором смысле учёные понимают, что в данный момент нет убедительного доказательства их материалистической точки зрения, но в то же время большинство из них согласится, что это некий регулятивный посыл. Им необходим этот посыл, чтобы как-то двигаться дальше. Вся современная нейробиология основана на предположении, что сознание в конечное итоге находится в мозге. Поэтому, я думаю, что это одна из областей, где в какой-то момент пути разойдутся.
Tags: буддизм, наука, нейробиология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments