Aстра (astidora) wrote in orden_bezdna,
Aстра
astidora
orden_bezdna

Categories:

Зеркала. Астринг

Человек для самого себя всегда был и остается «загадкой». Человек – такое
существо, которое живет в виду вопроса, что он есть как таковое. Он именно тогда
истинно человек и истинно живет, когда задается этим вопросом. Этот вопрос
фундаментален для его сути и для его бытия. «Человек есть тот, кому сказано: узнай
себя».


Постоянно сопровождающий человеческую историю призыв-требование «Познай
самого себя» однако не так-то прост в осуществлении.
Современный философ Мартин Бубер свою фундаментальную работу «Проблема
человека» начинает со слов одного из учителей хасидизма: «Я хотел написать книгу под
названием ―Адам‖, где нашлось бы место всему человеку. Но потом, поразмыслив, я
решил, что не стану ее писать». И далее Бубер отмечает: «В этих наивно звучащих словах
истинного мудреца (буквальный смысл которых нам, может быть, и не совсем ясен)
высказана вся история человеческих раздумий о человеке. С незапамятных времен человек
знает о себе, что он – предмет, достойный самого пристального внимания, но именно к
этому предмету во всей его целостности, со всем, что в нем есть, он как раз и боится
приступить».

Уже известный миф об Эдипе, в котором была впервые сформулирована загадка о
человеке, нам явно говорит о том, что, к сожалению, даже зная разгадку, не происходит
никакого понимания в сути человека. Проблема заключается еще и в правильной
формулировке самой загадки, то есть в правильной постановке самого вопроса. Однако
человека до сих пор не перестает мучить вопрос о том, как загадать человека так, чтобы
«схватить» его суть, чтобы всего его в этой загадке исчерпать. Для того чтобы это сделать,
уже необходимо иметь определение человека, его понятие (идею). Мы попадаем в
«замкнутый круг». Мудрость и потаенный смысл данного мифа - в том, что нет такого
человека, который сможет разгадать эту загадку до конца. Можно поэтому сказать, что
загадка кроется не столько в самом вопросе, сколько всегда сохраняется в самом ответе.
Действительно, мы – люди - до конца, доподлинно не знаем, что значит быть
человеком. Человек - это вовсе не данность, не очевидность, не прозрачный предмет для
изучения. Человек - это большая тайна, великая проблема.

А тайна притягивает, но одновременно и пугает. Мы боимся открыть в себе такие
свойства, которые нам будут неприятны. Мы боимся, что пошатнется наше устоявшееся
существование. Мы боимся самих себя. Мы боимся встречи с собственной сущностью, с
собственным образом…
Культурным «инструментом» для самопознания и самоидентификации всегда
служило зеркало. Зеркало дарует нам отраженную самость. Причем, «зеркалом» для человека может быть все что угодно. Но обратим внимание на то, как реально мы
смотримся в зеркало. Разве мы хотим в зеркале увидеть самих себя – познать свое
истинное лицо? Сомнительно. Мы, конечно, сначала можем испытать маленький шок:
«Неужели это Я?!», но потом быстро реагируем на него созданием приятного для самих
себя образа. И только с этим «сделанным лицом» мы можем выйти на публику.
Следовательно, реальность общения человека с зеркалом свидетельствует о том, что
человек по большей мере вовсе не стремится к самопознанию. Он не хочет знать правду о
себе и жить (и «ходить») с этой правдой.

При этом нам все-таки открывается некое позитивное знание о нас самих: человек –
существо, которое постоянно стремится изменить себя, преодолеть, достроить. Он живет
особой модальностью долженствования. Зеркало на самом деле – некий «достраивающий»
до идеального образа инструмент. Наша собственная идентичность, следовательно, в
большинстве случаев базируется на «идеальном Я», а не на реальной самооценке.
Возникает парадокс: есть слой нашего «Я», который не отражает нас самих, но при этом
– что интересно! - почему-то отражается в зеркале. Тем самым мы сталкиваемся с тем,
что человек не только не хочет встречаться с самим с собой, подлинным, но и не всегда
может. Мы зачастую просто онтологически «рас-тождествлены» с самими собой.
Познание человеком себя драматично. Конечно, можно по-разному ставить и
решать проблему человека, но истинное вопрошание о человеке неизбежно предполагает
самопознание, только не как об абстрактной сущности (а такое изощренному
человеческому уму тоже под силу!), а предельно заинтересованно. Проблема человека
обращена на самого вопрошающего человека. Она по сути подразумевает важную
экзистенциальную проблему: «Я - человек?». Действительно, человека нужно увидеть
прежде всего в самом себе.
Решение проблемы человека подобно одной метафоре, встречающейся в
направлении «философская антропология»: человек в процессе самопознания как бы
клюет свое мясо и душу. При этом необходимо учитывать, что в человеческой истории
самопознание, как справедливо заметил Э.Кассирер, не столько являлось предметом
теоретического интереса, сколько выступало своего рода категорическим императивом,
высшим моральным и религиозным законом. Следовательно, оно вменялось человеку как
обязанность, если, конечно, он хотел быть человеком.

Самопознание исконно являлось проявлением человеческой «заботы о себе».
«Самопознание и "забота о себе", - как пишет М.Фуко, анализируя содержания этих
требований в западной античности, - переплетаются друг с другом; между ними
существует взаимная перекличка, и не следует пренебрегать ни одним из этих элементов в
ущерб другому… Мы руководствуемся принципом, согласно которому для того, чтобы
проявить заботу о самом себе, нужно сначала себя познать».
Однако, по мнению Фуко, западная философия предпочла «заботе о себе» самопознание. А между тем «забота о себе» так же лежала в основе самых строгих моральных систем Запада и предписывала
способ действий, который изменял и очищал человека, подразумевал определенную
«культуру своего "Я"». «Забота о себе» при этом неизменно сливалась с социальной
практикой (значит, с «заботой о других»). Для современных же людей «забота о себе»
почему-то стала означать эгоизм и уход в себя.
«Забота о себе» – это забота о самореализации. «Самореализация – конечная цель
жизни любого человека, форма существования – только некоторых».

Учитывая подлинную связь самопознания и «заботы о себе», призыв «Познай самого себя»,
следовательно, подразумевал целый спектр самоотношений: быть самим собой, сотворить
себя, реализовать себя. Современный же человек рассматривает самопознание как сугубо
умозрительную процедуру. Как отмечал В.В.Бибихин, узнать себя – это значит «бросить
себя на дело». Действительно, разве, реализуя себя, мы себя не познаем?! Для К.Ясперса, к
примеру, ответ был очевиден. Он утверждал, что знает себя, не задавая вопроса, что он
такое, а реализуя свои возможности.
В итоге, узнать себя – это значит заботиться о своей жизни, это значит жить. Фуко
пишет: «Искусство жить и искусство быть самим собой все более отчетливо
идентифицируются».
А в искусстве жить, как отмечал Э.Фромм, человек одновременно
художник и модель, скульптор и мрамор, врач и пациент.
Исторически призыв «Познай самого себя» всегда имел определенный ракурс и
смысл. То он являлся выражением поворота познания от природы к человеку, то средством
для богопознания (на основе отказа от самого себя!), то способом самоудостоверения
человека в акте чистого мышления, то обнаружением глубин собственной самости и т.д.
Интересный и важный смысл обнаружил в содержании известной надписи на
фронтоне дельфийского храма Аполлона Пифийского Бибихин. Он отмечает, что рядом с
надписью «Познай самого себя» была еще древнегреческая буква «Е». В итоге надпись
приобретала другой смысловой оттенок: «Узнай себя. Это ты (Ты еси)». «В первом,
императивном требовании узнать себя приглашается увидеть, узнать или родить
ближайшее, исходное то самое, собственно самость; в сообщении это ты самость
призвана узнать себя в отождествлении с всем».
Следовательно, человеку необходимо во всем, что его окружает, узнать себя и понять, что встреча с миром – это такая же встреча с
самим собой (мир – «Это ты»; мир – это доказательство, что «Ты есть»).

Г.К. САЙКИНА
Tags: философия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 28 comments